Пока что обереги поляницы, уже тускло светившиеся на груди и руках, ещё справлялись с обрушивавшимися на хозяйку заклятиями. И жизненные силы утекали тонкой, как волосок, струйкой.
По этой-то струйке ведьмак и обнаружил чёрного колдуна под скрытом. Узрел и поменял решение.
Воительница же, колдуна не замечала, иначе пробивалась бы к кукловоду: падёт он – рассыплются и его игрушки. Она была обречена: в правом бедре и спине торчало по стреле, весь куяк был посечён в хлам, куда девался шлем - неизвестно. Красивое, застывшее, словно маска, лицо залито кровью. Обрубок косы, лишившись лезвий, стал бы помехой, растрепавшись, только плотно слипся и побурел. Левая рука повреждена. Но девушка, сцепив зубы, замедляясь с каждым мгновением всё больше, не желала сдаваться, орудовала шестопёром и коротким мечом.
Ведьмак не стал больше медлить и напал на колдуна, сбил его с ног своей огромной волчьей тушей, внезапно выскочив из кустов, чуть позади. Один удар лапы и шея злодея была сломана. А Финист уже ловил его ускользающее сознание и душу, заключая в плотный кокон силы. Пусть ведьмовской Конклав разбирается после, откуда такой «умелец» взялся.
Эх, Видана бы сюда! Тот бы сразу душегубца допросил, нет у Финиста ещё таких навыков.
Бросился, перетекая в человеческую форму, к осевшей наземь полянице. Девушка, увидев, как пали её враги, и сама будто бы потеряла опору, необходимость держаться до последнего на ногах.
Ведьмак, проведя над её бессознательным телом ладонью, удивился: и как она с такими ранами, отравленная и почти обескровленная, могла сражаться? Не зря говорят, что нет на свете воинов упёртее и храбрее поляниц: никогда никому до самой смерти не уступят, не терпят слабости!
Отметил: какие обереги на ней. Не легкомысленный юнец уже, чтобы прикасаться к чужой защите без разрешения хозяйки. Но сразу же понял, что угрозы больше нет. Хорошие были обереги и амулеты, да почти все выгорели. Остались только те, что на теле выбиты. Рунная вязь, родовая и та потускнела, но ещё поддерживала жизненные силы. Жаль, что в самой девушке нет ни капли магии…
Приподнял русую голову немного подпитал своими силами, понимая, что может дать только необходимое. Случись что, плохой из него защитник будет.
Дрогнули пушистые ресницы, раскрылись потрескавшиеся губы, только даже тихого стона не вырвалось. Затуманенный болью взгляд карих глаз впился в лицо парня, решая враг перед ней или друг.
- Пей, - ведьмак поднёс ко рту склянку с зельем.
Послушно проглотила тягучую горечь. Снова потеряла сознание, хватило только на одно усилие. Только теперь, это было не страшно: исцеление уже запущено. На руках перенёс воительницу в сторону от смердящих трупов, уложив на непримятую траву.
Пожалуй, впервые ему пришлось принимать решение. Теперь от него зависела жизнь двух спасённых. А ещё, он понимал, что надо бы вызывать сюда кого-то из Конклава, чтобы обследовали это место, а так же прошли по следу кукловода. Если смотреть по направляющей, то ведёт он из городка, а это уже серьёзно…
Самому подняться в небо теперь не получится. Не так давно обретённый «сокол» всё ещё отнимает много сил, а он ими основательно поделился. И если за колдуном по следу появится ещё кто-нибудь – сдюжит ли он тогда?
И будто в ответ на его мысли в отдалении послышался хруст ломаемых веток и конское ржание.
Глава 9.3
Те странные вои с замотанными до глаз лицами были, явно, магически слепы. Ведьмак окружил прогалок меж трёх берёзок, куда успел завести коня и затащить поляницу, простеньким скрытом. Опасался, что более сильную защиту сейчас не удержать, но и этого оказалось вполне достаточно. И теперь они топтались всего в трёх шагах, стараясь по следам на земле определить произошедшее, но не замечали того, кто был рядом.
Конники вылетели на место боя сплочённым отрядом, как серая зловонная хмарь, и замерли на краю. Их было ровно дюжина. Самый молодой кмет, юность которого выдавал растерянный взгляд и хлипкое тело, тянул за собой каурую кобылу под седлом и, с раздувшимися от нагруженного в них добра, седельными мешками.
Десятник спешился, основательно прихрамывая на правую ногу, заметался по поляне, разглядывая следы боя. Крутил головой по сторонам и удивлялся чему-то, хлопая себя по перевязи, будто никак не мог решить: нужен ему меч или нет.
Он так и замер в прострации от запутанности следов, подтёртых в спешке Финистом.
- Где она?! – выкрикнул колдун в чёрной хламиде, появившись так внезапно, словно соткался из воздуха.