- Да! – ответ Сахвы был резок и категоричен. – Ты, Шорк, попустись, не решай за всех!
- Это ты попустись, Сахва! – Шорк вспылил. – А то я подумаю, что это ты решаешь за всех! И за меня тоже! Девчонку нужно отпустить! Это моё мнение, и я от него не отступлюсь! Или что, кто-то хочет попробовать изменить мне его!? – Шорк, с вызовом, обвёл взглядом сидящих трапперов.
Такая категорическая позиция Шорка озадачила всех у костра. Он, конечно, не мог сравниться мощью с Медведем, но всерьёз ссориться с Шорком никто не хотел.
- Ладно-ладно! – Гвоздь прервал затянувшуюся напряжённую паузу. – Не горячись, Шорк! Может ты и прав, мы все тут уважаем твоё мнение, но и ты должен уважать наше! – он почесал затылок. – Нужно принять решение, которое устроило бы всех, хотя, может, и не в полной мере. Хм… Значит так! – стал размышлять он вслух. – Во-первых, никого убивать мы не будем! – Гвоздь тыкнул в Марона пальцем. – Девчонка не опасна, а мы, с вами, не убийцы. Во-вторых, оставлять её здесь на десять дней, тоже не выход. Предугадать последствия, в этом случае, невозможно. Отпускать, как предлагает Шорк, тоже не вариант. Она или вцепиться в кого-нибудь… и, кроме всего прочего, сама она отсюда не выберется, дороги не знает. Так что, думаю, остаётся одно – берём её завтра с собой, вяжем её руки-ноги, чтобы была послушнее, а перед самой мануфактурой, миль этак за пять, отпускаем. А чтоб Сахва зря не пылил, в дороге тешимся девкой кто сколько захочет! Ясно? Что, Шорк, устроит тебя такой расклад?
И Марона, и Сахву он устраивал, это было видно по их ухмыляющимся лицам. Шорку ничего было возразить, Гвоздь умел говорить и решать, он обречённо махнул рукой, судьба девушки была решена.
***
Утром, сборы не заняли много времени. Две запряжённые телеги загрузили выделанными разнообразными шкурами, бочонками с вяленым мясом и прочими пожитками. Перед дорогой отряд решил немного подкрепиться, не забыв и о связанной пленнице.
На ночь, девушку заперли в сарае, вместе с лошадьми, шкурами и другой утварью, предварительно перевязав ей руки. Тогда, девушка выглядела отрешённо и не сопротивлялась. Сейчас, наутро, она выглядела по-другому. Глаза уже не были заплаканными, осанка опять стала провокационно гордой и хотя девушка, по-прежнему, ни с кем не говорила, она всё же проглотила пару кусков мяса и выпила немного воды.
- Ну вот и умница, - скалился Гвоздь. – Пройдёт время, милая, и ты поймёшь, что ничего плохого с тобой не случилось. Тоже самое мы делаем в нашей деревне с другими бабами, так они верещат от восторга. Если б ты не брыкалась зазря, то и связывать тебя не было бы нужды. Считай, что вчера ты просто заплатила нам за то, чтобы мы вывезем тебя на тракт. Через пару деньков, когда будем подъезжать к нашей мануфактуре, мы тебя отпустим, но а пока, - он похлопал девушку по щеке, - тебе придётся всё платить и платить…
Довольный своею шуткой, Гвоздь захохотал.
Связанную по рукам и ногам девушку кинули в заднюю телегу и отряд отправился в путь.
***
В пути, девушку ещё несколько раз насиловали. Один раз, на одном из привалов и вечером, когда трапперы расположились на ночлег. Девушка уже не плакала, но её всё равно приходилось привязывать к чему-либо и держать.
Шорк в этом больше не участвовал. Поздно вечером, когда трое его друзей насиловали девушку, он демонстративно отошёл подальше, чтобы меньше чего слышать. А может и не демонстративно… Вся эта история ему всё больше и больше не нравилась. Смутная тревога и беспокойство всё больше и больше овладевали им. Он подсознательно гнал время вперёд, чтобы как можно быстрее доехать до Крахга, отпустить девушку и покончить со всем этим. К его счастью, это должно было случиться уже завтра к вечеру.
Но не случилось.
***
- А ну, останови-ка! – ехавший на передней телеге Гвоздь, встал на козлах, напряжённо всматриваясь вдаль. Вслед за ними встала и вторая телега. – Проклятье! – добавил он спустя время Марону, сидевшему рядом.
- Что такое!? – спросил тот озабоченно.
- Всадники. Пятеро.
- Ну и что, - хмыкнул Марон. - Чего ты беспокоишься?
- Да так! - нервно огрызнулся Гвоздь. - Впереди пятеро вооружённых всадников, ни поклажи, ни повозок! Действительно, с чего бы это мне беспокоится!? - закончил он саркастически.
- Хм… - Марон заметно притих. - Кто это может быть? Солдаты?
- Скоро узнаем, они скачут сюда.
Вскоре, перед первой телегой остановились вряд пятеро всадников, тем самым перегородив собою дорогу. Гвоздь не спешил говорить, а уж Марон тем более. Какое-то время, оба отряда молча изучали друг друга.
Вся пятёрка всадников была молода, не более двадцати лет каждому, хотя определить возраст одного из них было невозможно, потому что это был не всадник, а всадница, темноволосая, чистокровная эльфийка, о чём говорили и высокая шея, и заострённые уши, и слишком уж мелкие черты лица, по сравнению с обычными женскими, людскими лицами. Кони, у повстречавшегося им отряда, были великолепны, все до единого, сбруя богатой, чего не скажешь о одежде всадников, самой обычной, вот только на плече у каждого из них, была пришита крысиная шкура.