Волшебнице освободили место рядом с Мильвой, окружив её сзади полукольцом. Спасение лучницы было рядом, рукой подать, но все понимали, что сделать это будет очень непросто. Чародейка приложила руки к лицу Мильвы.
- Сейчас, девочка, сейчас будет полегче… - прикрыв глаза, она что-то тихо забормотала.
- Получше? – спросила Гайяла, прочитав заклинание, убрав руки от лица лучницы.
Та слегка улыбнулась, но в глазах всё ещё стояла боль.
- Это тебе немного силы, чтобы поддержать… - говорила чародейка, осматривая рану. – Главное всё впереди… - голос её был озабоченным.
Она развела в воздухе руками и та часть тела, куда попала стрела, обнажилась. Гайяла присела на колени перед дриадой, опустила руки, задумалась. Позади неё, у друзей перехватило дыхание от волнения. К ним незаметно присоединился Регис, уже в своём привычном облике добродушного аптекаря.
- Как твоё имя, малыш? – чародейка вдруг резко повернула голову к Кагыру.
- Кагыр Маур Дыффин… - начал было растерянно нильфгаардец, но Геральт вовремя пихнул его плечом. – Кагыр, госпожа! – быстро поправился нильфгаардец.
- Хорошо. Иди сюда, Кагыр! Поможешь! – чувственный, женственный голос волшебницы звучал сейчас по-командирски категорично. – Встань прямо сзади меня, – она указала рукой. – Послушай, - Гайяле приходилось говорить сразу и назад, и вверх. – Я сейчас очень слаба, а чтобы помочь вашей дриаде, нужно много силы. Ты должен будешь помочь!
- Конечно! – решительно отозвался Кагыр. – Приказывайте, госпожа!
Чародейка кивнула, вытащила из корсета какой-то небольшой, продолговатый камень.
- Смотри, - показала она его Кагыру. – Это зифенар, это он может спасти вашу Мильву, но для этого мы должны его активировать, наполнить его чистой энергией! Красотой, добротой, радостью... Ты меня хоть понимаешь?
- Не очень, - засуетился нильфгаардец.
- Смотри, - Гайяла развела в стороны вверх своего платья, обнажив хрупкие, женственные плечи. – Когда я скажу, положишь мне на плечи свои руки. Руки, это проводник, попробуешь передать мне через них всё самое доброе, самое светлое, что есть в тебе, понял? – она сверкнула глазами. – Не хочу тебе врать, малыш, скажу откровенно, сейчас жизнь вашей девушки зависит в большей степени от тебя, от того, насколько сильно ты постараешься! Понял?
Кагыр кивнул.
- Ну что ж… посмотрим, - чародейка тоже кивнула и повернулась к Мильве.
Сделав несколько круговых движений длинными пальцами, Гайяла резко схватила стрелу за самый её конец и легко, без всякого видимого противодействия, вытащила её из раны. Мильва вздрогнула, но даже не вскрикнула, а волшебница быстро закрыла открывшуюся рану своим камнем.
- Давай, Кагыр, помоги! – скомандовала она громко и возбуждённо.
Кагыр положил руки на плечи волшебницы, прикрыл глаза.
- Давай, давай ещё, миленький! – с натугой, то ли проговорила, то ли прокричала волшебница.
Мильва нехорошо закряхтела, рассеянно потянулась рукой к боку, глаза её закрылись. Геральт подскочил, мягко обхватил её руками, Мильва падала, теряла сознание. Из-под камня, из-под руки Гайялы, по боку дриады густо потекла кровь. Лютик невольно вскрикнул, Регис плотно сжал губы. Было понятно, что положение отчаянное.
- Ну, малыш! Ну!!! Постарайся! – чародейка уже просила.
Губы нильфгаардца дёрнулись, руки на плечах волшебницы сжались, но та продолжала отчаянно кричать.
– У тебя есть девушка? Есть девушка, которую ты любишь?
Кагыр рассеянно кивнул, не понимая, что волшебница этого не видит.
- Думай о ней! – голос Гайялы был надрывным, умаляющим. – Вспомни о ней! Её глаза, волосы, её лицо! Скажи её имя! Скажи! Ну!!!
Вдруг, камень под рукой у чародейки, резко загорелся ярким жёлтым цветом. Кровь остановилась, рука Мильвы дёрнулась в ту сторону, но уже уверенно и осознанно, ещё секунда, и она открыла глаза, повела ими рассеянно и изумлённо.
- Что случилось? – пробормотала она и закашлялась, отчего рука волшебницы, с зифенаром в ней, запрыгав, отскочила от её бока.
И тут, и Лютик, и Геральт, и все, с изумлением увидели, что от раны на теле лучницы, не осталось и следа. От внезапной радости у всех перехватило дыхание.
- Мильвочка!!! - первым пришёл в себя Лютик и протиснувшись, полез обнимать дриаду.
Гайяла де Виго тяжело опустила руки.
- Всё! – произнесла она облегчённо и тяжело, покосилась на осевшего рядом с ней, на колени, Кагыра. – Ты молодец, малыш, – устало улыбнулась она ему. – Я уж было подумала, что мы не сумеем…
- Как ты, Мильва!? Как ты себя чувствуешь!? – спрашивали лучницу в это время со всех сторон.