- Да… - утвердительно кивнул Кагыр. – Стал подальше от света, дал к себе подкрасться… А когда услышал первый стук, досчитал до одного и рубанул позади себя тем ударом, который ты мне показал.
- Ну вот видишь, всё просто.
- Ох, Геральт, - сокрушённо покачал головою нильфгаардец. – Тебе-то может и просто, а у меня в том подвале все кишки узлом скрутило от страха.
- От страха? – удивлённо прыснул ведьмак. - А я уж думал ты у нас того… бесстрашный…
- Ага! Бесстрашный, тоже мне скажешь… - Кагыр стыдливо опустил глаза. – Что я, псих что ли?
- Да, верно, - Геральт почему-то перестал скалится, серьёзно посмотрел на товарища. – Страх, это нормально. Страху одинаково подвержены и трусы, и храбрецы. Вот только трусов, он делает беззащитными, а у храбрецов мобилизирует все их возможности!
- Господа! Друзья! – скромно топтавшемуся рядом с ними господину вер Хаену, видимо, надоело молчать. – Послушайте!
- Слушаем, господин Хаен! – повернулся к виноделу Геральт.
- Друзья! Ребятушки! Дорогие мои! – господин вер Хаен до сих пор не мог успокоится, его заплетающийся язык никак не поспевал за мыслями. – Спасители! – стал он хватать поочерёдно руки каждого из друзей. – Говорите! Говорите сколько я вам должен!
- Да ну! – небрежно махнул ему ведьмак. – Ничего Вы нам не должны, уважаемый.
- Как это "ничего не должны"!? – глаза винодела полезли вверх от удивления. – Семь тысяч триста двадцать галлонов «Кровавой ночи»! Два тысячи шестьсот галлонов «Изумрудной зависти», три тысячи двести пятьдесят…
- Ну всё! Всё! – останавливая рукой захлёбывавшегося винодела, теперь уже Геральт закатил глаза, он ни за что бы не вынес перечисления всего того, что находится в этом подвале ещё раз. – Вы, уважаемый, конечно должны заплатить, но не нам. Мы сейчас, негласно состоим на службе у прекраснейшей королевы Анны-Генриетты, и плату за этого Стукача, согласно местным расценкам, внесите, пожалуйста, в королевскую казну, господину Рамону дю Лаку.
- Хорошо-хорошо! Конечно! – суетливо замахал руками винодел. – Но, ребятушки! Но… Может быть у вас есть ко мне какая-нибудь просьба… неофициальная... Я бы очень хотел для вас что-нибудь сделать!
- Хм… - фальшиво смутился ведьмак, мельком взглянув на Кагыра. – Ну знаете, уважаемый вер Хаен, думаю, мы, с Кагыром, с радостью бы отпраздновали бы возвращение Вам вашего подвала кружечкой «Кровавой ночи» …
***
Друзья находились в Туссенте уже почти месяц, и всё это время они не переставали удивляться здешнему волшебному климату, который в полной мере оправдывал все выданные ему Регисом комплименты. Воздух здесь всегда был свеж, как после дождя, яркое солнце не слепило, а лишь радовало, тёплый, порой горячий воздух, не угнетал, а заботливо согревал. К засилию виноградников, которые были здесь повсюду, путники быстро привыкли, и тем приятнее было и Геральту, и Кагыру, присесть с кружечкой знаменитого туссентского вина в тени высокого дерева. Они оба, проводили взглядом удаляющегося винодела и его свиту, увозящего ненавистное мертвое чудовище. Никто больше не мог потревожить друзей, подвал номер четыре, господина вер Хаена находился на самой окраине маленького поселения, недалеко от Боклера, вблизи торгового тракта. Близился полдень, а шатающихся без дела, в такой час, в Туссенте отродясь не бывало.
- С первым чудовищем тебя! – цокнул своей кружкой по кружке Кагыра ведьмак.
- Спасибо!
Они немного отпили, дружно прикрыли глаза в восхищении.
- Вообще-то, дружище, я где-то тебе слукавил, - виновато сощурился ведьмак. – Стукачи, опасные хищники и убить их совсем непросто. Контракты на них, действительно, дешёвые, но это лишь потому, что эти твари панически боятся света и не выходят на поверхность из своих нор даже ночью, поэтому обычно, людям дешевле замуровать к чертям собачьим какой-нибудь подвал, а не рыскать по свету в поисках ведьмака. Это только здесь, на содержимое погребов плюнуть проблематично, из-за «семи тысяч триста двадцати галлонов…», тьфу-ты! я уже, по-моему, наизусть этот список выучил!
Нильфгаардец улыбнулся.
- А какое твоё было первое чудовище?
- Моё? – Геральт почему-то нахмурился, виновато отвёл взгляд. – Своё первое чудовище, Кагыр, я не убил…
- Почему?
- Ну знаешь, - вздохнул ведьмак. – Когда я смотрел в глаза той раненой гарпии, в глаза полные ужаса и боли… Когда видел, что она не пытается улететь, а своими окровавленными крыльями закрывает от меня своё гнездо с яйцами...