- Там, Харзим, там за решёткой, из соседней камеры, на меня что-то смотрит! Это не человек! Это какое-то чудовище!!!
- Девочка испугалась нашего Чемпиона. Глупенькая… Она не знает какой он смирный и послушный… Но ты знаешь что, - охранник вдруг повернулся лицом к Ларе, забыв о их игре, - ты всё-таки не вздумай просовывать туда руки! Мало ли что. Всё-таки он зверь, чудовище!
- Кто!? Чудовище!? Вы держите там... чудовище!? Какое?
- Какое? Я же тебе говорю, смирное и послушное. Ульфхединна.
- Ульфхединна!? – Лара даже чуть присела от потрясения. – Вы с ума сошли! Ульфхединна!?
- Да, а что такого? Чему ты удивляешься? – охранник недоумённо подёрнул плечами. – Да ты особо не бойся, он ведь чуть-ли не на половину человек. Ты разве этого не знаешь?
- Знаю! И знаю, что на вторую, большую половину, он - ужасное чудовище!!!
Лара знала о ульфхединнах всё.
Выше любого человека на голову, огромная масса сплошных мышц, ульфхединны представляли собою самую сильную, самую свирепую разновидность волколаков. Видящие в темноте глаза, волчья пасть огромных и острых, как кинжалы, клыков, бычья грудь, непропорционально длинные человеческие руки, заканчивающиеся огромными звериными когтями… ульфхединны считались самыми опасными из существующих чудовищ. Их огромная груда мышц не делала их неповоротливыми, у ульфхединнов была отличная реакция, они были выносливы, быстры... чудовищно сильны. У них не было слабых мест. Их человеческая часть резко отличала их от остальных чудовищ, ульфхединны были поразительно сообразительны и умны, но их ум не делал их человечнее, наоборот, он делал их… кровожаднее. В отличии от других волколаков, которые могли довольствоваться зарезанной где-то овечкой, ульфхединны любили убивать. Время от времени, появляясь из ниоткуда, один ульфхединн мог вырезать за пару дней всю деревню. Он убивал из-за своей, так не свойственной другим животным, жестокости и жажды крови. Даже большому отряду опытных охотников было крайне сложно выследить такое чудовище, а ещё сложнее, было его убить. Поэтому Лара крайне удивилась, что у неё, за соседней стеной, сидит настоящий, живой ульфхединн.
- Как же вам удалось его схватить? – ошарашенный тон девушки открыто говорил насколько она, сейчас, поражена. – И… почему он здесь?
- А почему бы ему не быть здесь? – подкинул вверх свой обрубленный кончик носа Харзим. – Он также как и ты, участник Представления…
- Это с ним, - Лара боязливо взглянула на темноту соседнего окошка, в котором уже не было видно жёлтых глаз. – Это с ним мне предстоит драться завтра? – её поддёрнуло только от одной этой мысли, но её надзиратель, в ответ, странно усмехнулся.
- Нет, мышка, с нашим Чемпионом тебе драться не придётся. Вы ведь оба на южной стороне, отсюда, с этой стороны выходят Соискатели.
- Соискатели?
- Да, вольные. Ну, или почти…
- Как!? Ты хочешь сказать, что в ваших «представлениях» бьются вольные люди? Добровольно? Насмерть!?
- Ну да, - Харзим, видимо, так и не понял удивления Лары. – А что такого? Да, выходят биться на Арену, добровольно. Кому же не захочется подзаработать, если он умеет драться? Или покрасоваться перед публикой? Герои Арены очень популярны в народе, обожаемы! Им и нальют бесплатно в кабаке, и с девушками попроще… очень даже попроще…
- Но ведь они рискуют жизнями! Им ведь приходится драться с чудовищами! Разве у них есть такие навыки?
- Ну да… с чудовищами… - Харзим замялся. – Самые страшные чудовища, мышка, это люди. Боёв с настоящими чудовищами совсем немного, редко когда удаётся притащить сюда какую-нибудь раненную выверну… Обычно, девка, на песке Арены бьются люди. Да, бьются насмерть, в этом и смысл, но по-настоящему, для Соискателей, особо риска нет. С той стороны, обычно выходят измождённые, пойманные живьём разбойники, или преступники, осуждённые на смерть, которые и оружия-то никогда в руках не держали. Так что, обычно, если конечно, те несчастные не бьются между собой, перед Соискателями стоит задача не выжить, а убивая, развеселить толпу, показать им зрелище!
- Как же можно развеселить толпу убийством?
- Как? Да ты сама увидишь… - странно потупился охранник. – Прямо завтра, если выживешь. Бонарт говорит, ты ведьмачка… Правда что-ль?
- Да.
- А разве ведьмачки существуют?
- …
- Ну ладно, ладно, не грусти, выше голову, - попытался взбодрить её Харзим. – Господин Бонарт просто бы так тебя сюда не привёл. Это уже доказательство, что драться ты умеешь. Как? Вот завтра и посмотрим. Я буду за тебя болеть! Тут, знаешь ли, так бывает тоскливо! Словом не с кем перекинуться.