- Подумаем ещё… - Распорядитель скептически прошёлся по девушке с ног до головы. – Так! - повысил он голос, обращаясь к Торше. – Я распоряжусь, чтобы и Ларе, и Чемпиону, выделили дополнительное питание. И гулять их выпускать, теперь, каждый день, и подольше! Понятно!?
- Понятно, конечно, господин! – согнулся в поклоне Торша. – Конечно, понятно!
- Вот и хорошо, - господин Гуус скривился, и направился к выходу из камеры. На её пороге он остановился, и обернулся к девушке.
- И Представление, на этой неделе, будет не в воскресенье, а на день раньше, в субботу. Потому что именно в субботу, День рождение нашего Хозяина.
***
- Господин Бонарт, как я понимаю?
Лицо незнакомца расплылось в паскудной, фальшиво-приветливой улыбке, но Бонарт, вместо ответа, откусил ещё хлеба и опять склонился над своей тарелкой.
Когда в обеденный зал "Золотой подковы", самого большого Гостиного двора Градобора, бесцеремонно ворвались девять вооружённых людей, Лео настороженно положил свою ладонь на рукоять своего меча, лежащего у него на коленях, бандитов он распознавал с первого взгляда. Но за то время, пока их предводитель, а это можно было понять по его богатой одежде, крутил по залу головой, Бонарт успокоился. Переживать особо не стоило, восемь головорезов, хаотично выстроившись вдоль стены, не проявляли каких-либо признаков агрессии, а рожа их главаря никак не соответствовала стоимости его одеяния. Лео ещё раз присмотрелся. Этого человека он не знал, хотя, он мог и ошибаться. Лицо подсевшего напротив него незнакомца было ничем не примечательным, немного более большой нос, немного более глубоко посаженные глаза… но больше, о его лице и сказать то было нечего. Серость и заурядность… Лео умел разбираться в людях, боятся этого человека не стоило, единственная причина того, что он не выбил из-под него стул, когда тот нагло бухнулся за его столик, было то, что раз уж этого слугу одели как достойного, значит его послал к нему ещё более достойный человек, и восемь вооружённых бандитов были тому ярким подтверждением. Его стоило выслушать… Так размышлял Бонарт, жуя свой завтрак, давая возможность своему незваному собеседнику позлится и поразмышлять над тем, правильно ли он «понимает» самого себя.
Незнакомец молчал, ждал до неприличия долго, нервно кусал губы, недовольно сверля глазами охотника за головами, но когда, в конце концов, понял, что ответа он не дождётся, опять расплылся в своей мерзкой улыбке.
- Я, наверное, забыл представиться, господин Бонарт. Моё имя, Риенс! – он приветливо склонил голову, но Бонарт успел заметить в его глазах и бешенство, и злобу. - Я представляю здесь одного очень влиятельного человека, который передаёт Вам своё приветствие, наилучшие пожелания, и надеется, что Вы выслушаете его к Вам предложение, которое я должен Вам изложить от его имени.
- Выслушаю, - Лео был спокоен. – Вот только доем… Подождите меня пока во дворе.
Губы человека нервно дёрнулись, сжались, но всё же, он опять учтиво поклонился.
- Конечно… господин! Мы обождём Вас за дверью, - он поднялся, и вместе со своими людьми вышел на улицу.
У Бонарта было некоторое время всё обдумать.
Риенс его не удивил. Шавка бесхребетная… из таких вот, вечно обижающихся, озлобленных на весь мир за свою неполноценность, и получаются настоящие мерзавцы. Но да чёрт с ним. Бонарта больше интересовал его хозяин. «Очень влиятельный человек»? Может быть. Посмотрим. Бонарта не удивило их появление, он ждал его. Ждал, и даже сам его устраивал. Ещё до первого своего разговора с Окружным Форсы, Низигрином Жеко, насчёт Лары, он много думал над всем этим… В каждом Округе, за каждую семнадцатилетнюю девочку с серыми волосами и синими глазами давали большие деньги, громадные… Понятно, что таких семнадцатилетних девочек, с такой внешностью, немного, даже мало, но… Понятно, что этому таинственному «Кому-то» не нужны были все эти девочки, он ищет какую-то одну, уникальную… И готов заплатить такую большую сумму за каждую такую девочку, лишь бы получить её одну! - Так сколько же она на самом деле стоит? - задавал себе вопрос Лео… Когда он понял, что Лара ведьмачка, он решил, что судьба бросила ему под ноги подарок, ту одну, ту единственную, ту уникальную, которую «Он» ищет. Оставалось выяснить кто «Он» и сколько «Он» готов за неё заплатить. Поэтому-то Лео и поехал в Форсбург, показать Низигрину Жеко свою находку, чтобы тот знал у кого Лара, чтобы пошёл слух. Поэтому-то и выпустил её на Арену, чтобы о ней узнали, чтобы о ней заговорили, чтобы разнеслась молва о пепельноволосой девочке, которая сражается на Арене Градобора, о девочке его, Бонарта! Но Лео уже начинал терять терпение. Да, слух о Ларе уже пошёл, но настоящая слава всё никак не приходила, толстопуз Хеммельфарт всё никак не хотел признавать её Чемпионом… и тогда, Лео решился. Её последний бой всколыхнул весь город, все окрестности, все близлежащие провинции. Хеммельфарт просто весь вскипел от зависти. Выпустил против своего Чемпиона сразу троих варгов! Вообще сдурел! Чудо, что его волколак вообще выжил. Гуус говорит, что с ним всё в порядке, но что-то Бонарту не верится… После тех ранений, Чемпион уже не сможет драться так, как раньше. Лео в этом понимает, он видел как рвали зверюгу Хеммельфарта те варги… Что-то они темнят… ну да чёрт с ними! Мы ещё посмотрим, насколько он «в порядке», этот их ульфхединн… Но этот Риенс… Наконец-то до его хозяина дошли слухи о его Ларе, и лишь бы его хозяином и был тот самый "Кто-то". Наконец-то. Сейчас выясним, оправдаются ли его, Лео Бонарта, ожидания...