Набрав в грудь побольше воздуха, слепой чтец повёл пальцем по жёлтой странице и начал…
… вечер второй.
Последним из двери замка вышел Весемир. Положил на верхнюю, третью каменную ступеньку свою легендарную подушечку, фальшиво кряхтя, уселся сверху. Рядом, на каменный бортик, поставил небольшие песочные часы. По-старчески прищурившись, посмотрел на восходящее весеннее солнце. Выглянув из-за горизонта на треть, оно уже окрасило в багряный цвет верхушки башен Каэр Морхена. Старик перевёл свой взгляд на стремительно светлеющее небо, оно было чистым.
- Хорошее утро для рождения нового ведьмака… - проскрипел он, улыбаясь себе под нос.
Другие ведьмаки стояли здесь же. Геральт, Койон, Эскель. Молчали.
Традиционное, последнее испытание. Самое сложное. Самое опасное. Испытание, пройдя которое, мальчик становился ведьмаком. Но сегодня, ведьмаком, а вернее, ведьмачкой, должна была стать девочка…
- Волнуешься, Геральт!? – окликнул его Весемир.
Геральт не ответил. Мрачно скрестив руки на груди, он смотрел на Путь Ведьмака, который должна была пройти Цири. Конечно, он волновался. Все испытуемые юноши проходили это испытание уже после мутаций, под воздействием эликсиров. Цири, которая испытание травами не проходила, предстояло пройти Путь лишь за счёт своих приобретённых навыков и мастерства. А ещё, Геральт призывал на помощь удачу…
- Не волнуйся, – продолжал старик. - Койон хорошо её обучил. Она справится.
Но Койон волновался не меньше.
Эскель, ведьмак из школы Кота, друг Каэр Морхена, уже не первый раз здесь зимовавший, единственный держался спокойно. Он специально задержался с отъездом, чтобы помочь ведьмакам школы Волка с последним испытанием их воспитанницы.
Видя, что никто не поддерживает с ним беседы, Весемир задорно окликнул уже саму Цири.
- А ты, девочка моя, ты готова стать ведьмачкой!?
Весемир сам очень беспокоился, но нельзя было, чтобы его беспокойство передалось девушке.
- Готова! – чёткий, уверенный ответ немного успокоил старого ведьмака.
Привычно помахивая мечом, Цири кружила перед началом Пути, поглядывая на него, как хищник, перед последним решающим прыжком.
Это была высокая, как для своих лет, стройная, шестнадцатилетняя девушка. Упругие, уверенные движения были грациозны, взмахи мечом, сильными. Широкая, чёрная повязка перетягивала лоб и мышиного цвета длинные волосы. Доставшееся ей от бабушки Калантэ узковатое, с впалыми щеками и высокими скулами лицо, напоминало львицу. Небольшой, аккуратный прямой носик, такой же аккуратный, уверенный подбородок, красивые, чётко-очерченные губы. Но главным в Цири, были её синие, выразительные глаза. Бушующая в них сила бросала вызов, была полна дерзости и азарта.
Сейчас эти глаза поглядывали на конец Пути, на пустые ножны, куда она должна была вложить свой меч, пока пересыпается песок в песочных часах Весемира.
Путь к этим ножнам лежал по неширокому деревянному помосту, свалившись с которого, можно было уже и не мечтать успеть пройти Путь. Помешать ей должны были четыре горизонтальных ветряка, расположенные в шахматном порядке. Два, с раскручиваемыми на верёвках мешками с песком, и два, с деревянными жердями на разных высотах. Потом, бег по земле и… Башня.
Волновалась ли она? Нет! Она шла к этому Пути пять лет.
***
- Давайте, парни! Пора! – отдал распоряжения Весемир. – Койон, Эскель, к лошадям! Геральт, на Башню!
Ведьмаки разошлись по местам. Раскручивая ветряки, запряжённые лошади пошли кругами. Под тягучий скрип едва проснувшегося после зимы дерева, в воздух взмыли мешки с песком, засвистели над помостом жерди.
- Цири! Два мешка, помнишь?
- Да.
- Готова?
- Да.
- Пошла!
Старик перевернул песочные часы. И Цири рванула вперёд.
Первый же, несущейся прямо ей в лицо мешок, слева, она разрубила пополам, ударив и уверенно, и сильно, тут же, перепрыгнула следующий, метивший в колени. Ещё два шага, ещё мешок, летевший справа, взорвался фонтаном песка так и не долетев до девушки. Ещё прыжок, ещё один мешок пролетел мимо, не сумев ударить по ногам. Ещё два стремительных шага, сильный разворот вокруг своей оси, и третий, разрубленный почти пополам мешок избавился от песка в себе.
Дальше.
Дальше, в воздухе над помостом, кружили деревянные жерди.
Согнувшись вдвое, ушла от палки слева. Не сбавляя бега, спружинив ногами, взмыла вверх, перепрыгнув следующую жердь. Дальше. Ветряк справа. Пришлось глубоко присесть, сбросить темп, жердь пронеслась над головой. Рванула дальше. Прыжок. Эту жердь она перемахнула, нырнув вперёд, покатившись уже по земле.
И Геральт, стоя на Башне, перерезал верёвки.