- А сколько вас осталось? Ведьмаков. Кроме тебя?
- Совсем мало. Весемир уже стар, он присматривает за замком. Койон, из-за полученных увечий, тоже уже не сможет выходить на большак. Видела, как сильно он хромает? Так что, кроме меня, остался ещё лишь Ламберт… если конечно он ещё жив, - Геральт опустил вниз хмурый взгляд. - Это почти конец, Цири. Скоро от Школы Волка останутся одни воспоминания…
Девочка тоже посмотрела вниз угрюмым хмурым взглядом, но потом, губы её жёстко сжались, а в глазах загорелся огонь.
- Нет!!! – юная княжна подскочила на месте, судорожно сжала маленькие кулачки. – Это не конец! Школа Волка не погибнет! Я клянусь тебе! Я продолжу ваше дело!
- Ты?
- Да! Я, стану ведьмачкой!
… Геральт тогда улыбнулся, вспоминала Цири, сказал, что я храбрая девочка, но никогда раньше, в мире не было ни одной ведьмачки. Я сказала, что буду первой. Он не поверил…
Цири взяла свой меч. Поднялась.
- Пять лет назад, - обратилась она к надгробным камням, - здесь, на этом самом месте, я поклялась Геральту, что не дам погибнуть Каэр Морхену. Сейчас, братья, я клянусь уже вам! Клянусь защищать и заботиться о нашем замке, о Школе Волка, и не дам пропасть делу ведьмаков! Или погибну, также, как и вы, защищая его!
***
Геральт её ждал.
- Сказала?
- Да…
- Я горжусь тобой.
- А я тобой!
Она нырнула под его руки, прижалась спиной к его груди. Ведьмак её обнял, положил свой подбородок ей на голову.
- Ты уже придумала какой тотем себе возьмёшь? Весемир что хочешь тебе сделает на ведьмачий щит.
- Ещё нет, - Цири задумалась. – А можно не волка?
- Можно, конечно. Даже нужно. Тотем выбирают по тому, кем ты себя видишь. У Койона вон, к примеру, крокодил…
- А почему ты выбрал волка? Ты видишь себя волком?
Ведьмак улыбнулся.
- Нет, Цири, я не выбирал, - Геральт сжал её крепче. – Однажды, когда я заканчивал обучение, нам прислали медальон с головой волка на ведьмачьем щите, всё, что осталось от Коэнрада… Став ведьмаком, я попросил этот медальон себе.
Они замолчали. Что-то стремительно пронеслось у них перед глазами. И ведьмак, и Цири, невольно повернули в ту сторону головы.
- Ласточка… - сказал вслед птице Геральт. – Первая этой весной…
Цири вдруг высвободилась из объятий Геральта, повернулась к нему лицом, привычно вскинула вверх свой упрямый подбородок.
- Я знаю, какую птицу я хочу себе на медальон!
Геральт понял. Улыбнулся.
- Ну… ласточка... так ласточка…
***
Ранняя весна. Со склонов перевала Гвенллех уже сошёл снег, непривычно рано, для этого времени года, но воздух всё ещё был зимним.
Близился полдень.
Трисс Меригольд выехала из леса на пригорок, откуда открывался вид на Каэр Морхен. Остановив коня, сняла с головы капюшон, встряхнула головой. Густые, цвета лесного ореха волосы небрежно рассыпались по плечам.
Каэр Морхен… Замок, заменивший ей когда-то дом. Когда-то шумный, полный энергии, жизни и суровой радости, а сейчас неухоженный, почти безлюдный... но всё равно, величественный и любимый... Когда же она была здесь в последний раз? Уже очень давно. Но сегодня, у неё более чем весомый повод чтобы навестить его. Геральт там. Он позвал её.
Она непроизвольно поправила рукой волосы. И пустила коня вскачь.
***
- Моя девочка! – навстречу Трисс спешил старый Весемир. – Какая же ты стала взрослая!
В памяти старого ведьмака, Трисс Меригольд навсегда осталась маленькой девочкой, хотя сейчас, она выглядела как взрослая девушка. Причудливый лукавый взгляд был игривым, таким же, как и не сходящая с лица девушки улыбка, но подсознательно, во всём образе Трисс, за её изяществом и лёгкостью, чувствовалась стальная, инкрустированная драгоценными камнями… сила.
Первым подбежавший Геральт, помог чародейке спуститься с коня. Сойдя на землю, они обнялись. Слишком сильно, как показалось Цири.
- Койон! – выскользнув из объятий Геральта, Меригольд любя, забросила свои тоненькие ручки за плечи подоспевшего хромого ведьмака.