К вечеру, одежда девушки высохла. За это время, ей даже удалось поесть. Насобирав на высоких листьях водорослей здоровенных улиток, разбив их панцирь, Ларе удалось проглотить несколько штук. Девушка призирала себя за это, «раздетые» улитки были мерзкие на вид и горькие на вкус, но оказались довольно сытными, немного притупив этим мучительные угрызения совести юной ведьмачки.
Перед сном, Лара постаралась насобирать как можно больше сухой травы и листьев, и на ночь, забросав ими небольшую ложбинку под большим деревом, зарылась в них по уши, ночи были уже довольно холодные.
***
Утром, её разбудило встревоженное ржание Рассвета. Подскочив, Лара схватилась за меч, но быстро успокоилась, в нескольких метрах от неё, на неё изумлённо смотрел невысокий, невзрачненький мужичок, с кошёлкой в одной руке, и с небольшим топориком в другой, с перепугу прижатым к груди. Мужичок был уже почти стар, заросший везде, где только можно, в довольно неопрятной, если не сказать, откровенно грязной, одежде. Увидев ведьмачий меч, он застыл столбиком и не сводил с Лары ошарашенного взгляда.
- Не бойтесь, уважаемый! – девушка непринуждённо взмахнула Закатом, всем своим видом показывая, что у неё нет к мужичку никаких враждебных намерений. – Я здесь одна и совсем не опасна. Вы можете опустить свой топор.
Но мужичок даже не шелохнулся. Лара даже не поняла, понял ли он её или нет.
- Я, Лара! – она положила свободную свою ладонь себе на грудь. – А вы? – она вопросительно склонила голову. – Вы… здесь живёте? Где-то поблизости? Вы меня... понимаете!?
Но мужичок опять никак не отреагировал. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, и юная ведьмачка уже было решила, что судьба подбросила ей слабоумного, но вдруг, мужичок резко ожил. Он, видимо, расплылся в улыбке, это было бы видно, если бы его рот не скрывала от глаз его богатая растительность на лице. Раскинув приветливо руки, он театрально поклонился.
- А я, мужичок-лесовичок, светлейшая Лара! – голос у мужичка был каркающим и высоким. – Да-да-да! Я живу здесь рядышком! Совсем-совсем рядышком с этим чудесным озером! А как-же! Без водички нельзя, никак нельзя! Холодная, вкусная водичка! – он смешно затанцевал на месте, переминаясь с ноги на ногу. – Вкусная рыбка, вкусная водичка, всё это очень нужно мужичку-лесовичку! Мой дом здесь, недалеко. Пойдём со мной! Я тебя чем-нибудь угощу! – забыв, что у него в руке топор, он приветливо махнул им, зовя Лару за собой. – У меня там маленький огородик. Есть груша! Грушки сейчас вкусные-вкусные! – он даже присел от восторга. – Морковочка, лучок, щавель. Девочка любит щавель? – теперь уже он, вопросительно склонил голову.
Не в силах сдержать улыбку, Лара кивнула. Мужичок был простоват и смешон. Всё его видимое слабоумие с лихвой перекрывала его любезность.
- Очень любит, уважаемый! И щавель, и лучок, и всё-всё-всё, что Вы предложите! Если честно, я очень голодная, и если чем-нибудь угостите… я буду Вам очень благодарна! – невольно передразнивая мужичка-лесовичка, Лара театрально присела в реверансе.
- Конечно-конечно, - мужичок не на шутку засуетился, - пойдём! Конечно, угощу! А как же не угостить!? Мясное, правда, уже давненько закончилось, но марковочка, свеколка… - он опять призывно махнул своим топориком. – Пойдём! – он пошёл вперёд, явно показывая дорогу.
- Рассвет! – отбросив со лба волосы, Лара махнула своему жеребцу. – Ну! Пойдём!
Но Рассвет и не думал идти.
- Рассвет!
- Пойдём, Лара, пойдём! – мужичок нетерпеливо затрусил головой. – Никуда не денется твоя кобыла, пойдёт за нами.
- Это конь!
- Ну конь, так, конь! Конь-так-конь! Ла-ла-ла! – сейчас, мужичок совсем не походил на совсем недавнюю окаменелую статую. Умудряясь одновременно и приплясывать, и напевать что-то себе под нос, он повёл Лару за собой.
- Один живу здесь, Лара, – жаловался он ей по пути. – Поговорить не с кем. Ты любишь говорить, девочка?
Девушка рассеянно кивнула, с тревогой обернулась назад, но к её счастью, Рассвет поплёлся следом за ними.
- Я очень люблю говорить, Лара! Вот только не с кем, – повторялся в своих жалобах отшельник. – Так хорошо, что тебя встретил! Вот наговоримся! Ла-ла-ла! А в благодарность, я тебя накормлю! Много-много накормлю! А то ты такая худенькая! Ла-ла-ла!
Идя позади мужичка-лесовичка, Лара окинула взглядом его немаленький зад и у неё заныло под ложечкой в предчувствии сытного завтрака, мужичок явно здесь не голодал.
- Ла-ла-ла-ла, ла-ла-ла! Вот мы и дома!
Они неожиданно вышли из леса, и оказались на узенькой тропинке, которая тянулась к небольшому домику вдалеке, а с обеих сторон… У Лары разбежались глаза. Со всех сторон на неё смотрели, то пузатые тыквы, то щавель, то серделей, то ботва гороха и морковки. Она вопросительно взглянула на отшельника, тот понял.