- Я же сказала, не надо! Тебе не за что извиняться. Мне было хорошо с тобой… спасибо тебе за это время. А теперь уходи! Уходи, или я вцеплюсь тебе в глотку, как та твоя пантера.
- Не вцепишься, ты не такая…
- Такая! – она резко обернулась, губы её дрогнули. – Ты так и не понял, Кагыр! Так и не понял, почему твоя Хара, тогда бросилась на тебя. Почему хотела тебя убить.
- Хара? Я знаю, почему. Я слишком сильно её любил, разбаловал, и она решила, что ей всё дозволено.
- Нет! – чародейка горько покрутила головой. – Не поэтому… Она любила тебя, Кагыр! Больше, чем ты любил её… Любила так сильно, что однажды, она решила, что ты навсегда должен остаться только её.
В наступившей тишине было слышно лишь прерывистое, возбуждённое дыхание волшебницы.
- Кагыр! – в дверь вдруг тихо постучали, но нильфгаардец даже не шелохнулся, ни один мускул на его лице не дёрнулся, это означало: «Подождут!».
- Гайяла!
- Иди, малыш, иди, за тобой пришли. У тебя там будет своя жизнь, а мне, оставь, пожалуйста, мою.
В дверь опять тихо постучали. Геральт. Нильфгаардец нехотя направился в ту сторону, деревянные ноги не слушались.
- Кагыр! Постой! – взволнованный голос Гайялы заставил его порывисто обернуться. – Постой!
Волшебница быстро подошла к своему трельяжу, вынула из верхнего его ящичка какой-то предмет, протянула его нильфгаардцу.
- Вот! Возьми на память.
Она опустила ему на ладонь небольшой, продолговатый камень. Кагыр грустно улыбнулся.
- Зифенар… Тот самый?
- Да, - чародейка отвела взгляд. – Возьми! Если когда-нибудь, вдруг, ты потянешься к нему, может быть ты вспомнишь, что однажды, между ним и твоими руками… была я.
Крепко сжав зифенар в своей ладони, он кивнул чародейке на прощание, и вышел за дверь к Геральту. Он ничего не сказал, ни один мускул на его лице не дёрнулся, это означало… что ему нечего сказать.
***
Замок был огромным, но со стороны, выглядел каким-то запустевшим. Первые лучи солнца уже осветили верхушки его башен, чистое небо обещало ясный день. Друзья изучающе смотрели на Дарн Руах из зарослей ближайшей к нему рощи, до замка было меньше мили, довольно открытое просматриваемое пространство, лишь вдоль дороги ведущей к его воротам, покачнувшаяся от времени маленькая старая постройка...
Какое-то время, маленький отряд молча осматривался. Геральт, Кагыр, Регис… Мильва.
- Так, ну вот что… - привычно улыбнувшись, первым заговорил вампир. – Геральт! Вы пока здесь поскучайте, а я сбегаю на разведку.
- Точно!? – нервно отозвался ведьмак. – Регис! Времени нет!
- Точно, дружище, так нужно. Я не долго, зато, может что-нибудь узнаю полезное.
- Конечно, Геральт, пусть идёт, – согласно кивнула головою Мильва. – Ничего за это время плохого не случится. А если вдруг там, уже, происходит что-то плохое, то по большому счёту Регис и сам управится.
Довольная улыбка Перворожденного вампира растянулась до самых ушей.
- Ну, хорошо, хорошо, - буркнул ведьмак, по всему было видно, что ему не терпеться бросится вперёд, - иди, постарайся недолго!
- Конечно, – ещё раз улыбнулся Регис, и внезапно исчезнув, оставил после себя лишь сильный выхлоп воздуха.
- Ладно, отдыхаем! – ни с того ни с сего, Геральт решил покомандовать, хотя он и сам не понимал, как он сейчас будет «отдыхать». Близость с Йеннифер и Ларой настойчиво тянула его туда, в замок, а угроза, которой они, обе, могли там подвергаться, делала это его желание смертельно опасным. Стараясь взять себя в руки, успокоиться, ведьмак присел рядом с угрюмым Кагыром. Присевший под деревом нильфгаардец был мрачен и как обычно, неразговорчив. Но Геральт уже неплохо научился различать оттенки этого молчания.
- Чего грустишь? – спросил он участливо. – Это из-за Гайялы, да?
Кагыр нехотя повернул к нему голову, но в его глазах была пустота.
- Да, - тихо ответил он. – Мне тяжело, Геральт. Мы расстались, и мне тяжело оттого, что я, наверное, никогда её больше уже не увижу…
- Угу… Ясно… Но ты знаешь что, дай себе немного времени! Время, дружище, лечит многое, если не всё.
- Да я понимаю… но всё равно. Я так ничего ей и не сказал на прощание, а ведь так хотел! Но даже сейчас, я не знаю, что это были бы за слова.
- Я знаю, - со вздохом кивнул Геральт. – Ты хотел ей сказать, что она очень дорога тебе, что ты с радостью отдал бы за неё жизнь… Что ты навсегда остался бы с ней, любил бы её и заботился бы о ней, но… если бы не было Лары! Да?
Нильфгаардец хмуро отвернулся.
- В самую точку, Геральт… Мда… Но… как ты угадал?
- Эх, дружище, - поднимаясь с земли, ведьмак хлопнул Кагыра по плечу, - ничего я не угадывал. Знаешь сколько времени подобные слова крутятся у меня самого в голове?