- О! Он что же, знал, что я сюда вернусь?
- Ну да! По-моему, ты просто обязан был сюда вернуться, чтобы всё ему рассказать, правда ведь?
- Вообще-то, да…
- И, насколько я знаю, у тебя здесь остались кое-какие сбережения.
- А, чёрт, точно! – ведьмак подскочил со стула. – Деньги! Извините, дамы, - легко поклонился он, - но я должен отлучиться. Дела, знаете ли… Вы, тут, будете себя хорошо вести? - он подозрительно шутя нахмурился.
- Иди, милый, иди! – кивнула ему Йеннифер. – Постарайся недолго. Думаю, мы ещё сегодня отправимся назад.
- Постараюсь, - послушно кивнул ведьмак. – Лишь бы господин дю Лак был бы на месте.
***
- О-о-о-тут всё!
Главный казначей княжества Туссент, господин Рамон дю Лак, кряхтя и отдуваясь, выволок из королевской сокровищницы небольшой, но по всей видимости чертовски тяжёлый мешок с золотом, бухнул его перед Геральтом на пол, а сам стал закрывать дверь, поглядывая на стражу.
- Честно говоря, господин Геральт, - покосился он на мешок со стороны, - в первый раз за все годы моей службы здесь, мне приходится с кем-то расплачиваться такой тяжёлой кучей золота... Даже не знаю, как Вы будете его пересчитывать.
- Не буду, – ведьмак по-молодецки закинул мешок на плечо. – Безгранично Вам доверяю, господин дю Лак!
- Безмерно счастлив, господин Геральт! - сразу же расцвёл Главный казначей Туссента. - Ваше доверие… это такая честь! – он учтиво поклонился. – Позвольте Вас проводить!
- Конечно!
***
- Так жаль, так жаль сеньориту Мильву... – идя галереями замка, вздохнул Рамон дю Лак. – Вы, господин Геральт, можете быть абсолютно уверены, я в точности передам достойнейшему барону Мильтону и Ваши извинения, и эту прискорбную весть. Я прекрасно понимаю, как Вам было бы тяжело сказать это ему самому. Ужасное, ужасное известие… А господину Кагыр Мауру Дыффину аэп Кеаллаху передавайте от меня наилучшие пожелания! Очень жаль, если, как Вы говорите, мы больше не увидим его у нас во дворце… Ваш товарищ оставил неизгладимый след в нашем маленьком княжестве. Обязательно передайте ему, что если он однажды захочет опять посетить наш славный Туссент, пусть не раздумывает ни секунды! Уверен, ему здесь будут безмерно рады!
- Обязательно передам, господин дю Лак.
- А Вас, господин Геральт? Могу я рассчитывать, что и Вы, однажды, нас навестите?
- Не могу сказать Вам точно, господин дю Лак, не люблю что-то планировать, жизнь ведьмака слишком непредсказуема… Но со всей уверенностью могу сказать Вам одно, если наша следующая встреча всё же состоится, я буду этому очень рад!
- И я, господин Геральт! И я тоже буду рад! – радостно закивал головой Главный казначей. – Мне так будет не хватать наших бесед! Я так уже привык ко всем вам! Вы так много сделали для Туссента!
- Не преувеличивайте, господин дю Лак!
- Я не преувеличиваю. Наконец-то в Туссенте наступил покой и порядок! За многие-многие годы! И всё благодаря Вам и Вашим друзьям, господин Геральт. Ох! Так жаль, так жаль сеньориту… - опять вздохнул казначей. – И по сеньору Кагыр Мауру Дыффину аэп Кеаллаху мы тоже будем очень и очень скучать… У Вас такие замечательные друзья, господин Геральт! – Рамон дю Лак вдруг встрепенулся. – Вы... Вы может быть поговорили бы с ещё одним своим другом, с сеньором Лютиком!
- А что с ним? – ведьмак невольно напрягся.
- О-ох! – Главный казначей Туссента тяжело вздохнул. – С ним просто беда, господин Геральт! Просто беда…
Остановившись, Геральт снял с плеча тяжёлый мешок, угрюмо уставился на казначея Туссента.
- Рассказывайте, господин Рамон. Я слушаю…
***
- Да какой из меня князь? – Лютик взял ещё один аккорд, замер прислушиваясь, и только потом посмотрел на Геральта. – Ну ты-то должен это понимать, Геральт!?
- Ох, Лютик… Несчастье ты моё... – Геральт сокрушённо крутил головой. – А ты!? Ты-то сам, должен понимать, что такие предложения делаются раз в тысячу лет! Тебе, простому бродячему барду, королева Туссента предложила стать её мужем! Немыслимо! Молодая, красивая, умная… Плюс ко всему, богатство, власть, уважение! Тебя здесь любят и уважают, Лютик! И на мой взгляд, ты стал бы князем получше многих. Чего же тебе, дураку, ещё нужно? Какого хрена ты ей отказал?
- Да не нужно мне ни богатство, ни власть. Ты же меня знаешь, – отложив в сторону свою лютню, менестрель нахмурился. – Ты правильно сказал, Геральт. Я, простой бродячий бард. Натура у меня романтическая... Мне нужны дороги, новые города, новые лица, я живу ради них, пою им. Когда мне аплодируют, когда я вижу, как плачут мои слушатели, для меня это важнее всяких титулов! Вот истинное уважение! А не за богатство или власть. Изнываю я тут, Геральт! Слишком долго я тут, на одном месте, сил моих уже нет… Если бы не Аня, давно уже ушёл бы…