- Если бы не Аня?
- Да.
- Но ты сам только что сказал, что у тебя романтическая натура. Я помню, как ты жаловался нам, что так и не познал в жизни любви. Мильва, память о которой всегда будет с нами, пообещала тебе тогда королеву. Вот тебе, получай! Её пожелание чудесным образом исполнилось. Вот тебе королева! Вот тебе твоя любовь! Ты ведь любишь Аню?
- Люблю.
- И она тебя любит, да?
- Да.
- Тогда какого чёрта ты её бросаешь? Объясни!
- Я её не бросаю! – Лютик неожиданно подскочил с кровати. – И ни за что не брошу! Никогда! Она поселилась в моём сердце навечно, заполнила его полностью, и наконец-то заставила биться по-настоящему! Я люблю Аню! И всегда буду её любить, и всегда буду благодарен ей за это чувство, которое она мне подарила! Ты не смотри, что мне пришлось перебраться сюда, в комнату, которую нам, с Регисом, изначально выделили… Конечно, Анечку расстроил мой ответ, я её очень понимаю и сочувствую ей. Мы уже два дня не разговариваем, но я жду, надеюсь и жду, что она в конце концов успокоится, и мне удастся с ней поговорить. Тогда я ей всё объясню, утешу, и… надеюсь, что мы останемся друзьями. Самыми лучшими друзьями!
- Проклятье, Лютик! А остаться мужем, не лучше!?
- Тьфу-ты! Геральт! – нервно дёрнулся поэт. - Да пойми ты, я должен был так поступить! И именно потому, что я люблю её. Я старше Ани почти на двадцать лет! Да, может сейчас это ещё не особо бросается в глаза, но что будет через десять, через двадцать лет? Рядом с молодой, красивой королевой будет дряхлый старик. Я не позволю этому случится! Я не хочу, чтобы на неё показывали пальцем и смеялись. Она ещё найдёт себе мужа. Из хорошей семьи, молодого и красивого. Верю, что он будет любить её и ценить то, что получил. Но это буду не я. Я сын простого садовника из Горс Велена. Править, это не моё! Я люблю дорожную пыль, вечерние костры и глаза своих случайных слушателей. Вот моя жизнь, и мне не нужна чужая!
- А Аня? Её ведь ты тоже любишь?
- Люблю! Конечно, люблю! И если она сумеет меня простить, и позволит мне время от времени её навещать, это всё, что я сейчас желаю… Понимаешь?
Геральт озадаченно потёр шею.
- Если честно, дружище, с трудом…
- Тьфу-ты! Спасибо, Геральт за поддержку! Мне, вообще то, и так хреново!
- А Ане?
- И ей… Я уже много раз к ней ходил, но меня туда не пускают. Вот сижу тут, жду пока остынет.
- Чёрт возьми, Лютик! Что же ты ей тогда наговорил, что она так озверела? Ты же поэт! Ты мог хотя бы «завернуть» свой отказ в какую-нибудь «обёртку» помягче. Подать его ей как-нибудь поэтично, чтобы она не сразу и поняла, а?
- Мог…
- А ты! Как ты ей это сказал? Господин дю Лак говорит, весь дворец дрожал, посуда в окна вылетала…
- Та да… – Лютик смущённо улыбнулся. – Кричала так… сильно очень… Я и не знал, что она такая голосистая... Сначала вообще хотела меня повесить, меня даже схватили, но я сделал такое несчастное выражение лица, что меня сразу же помиловали и отослали «к чёртовой матери» сюда, в эту комнату, «чтобы я здесь сдох», – менестрель улыбнулся смелее. – Но кормить не забывают.
- Горе ты моё… - Геральт задумчиво мял свой подбородок пальцами. – Ладно! Я здесь с Йеннифер, завтра мы все вместе пойдём к Ане, нужно это как-то уладить, – приняв такое решение, ведьмак решительно поднялся. – Надеюсь, ты придумал правильные слова?
- Придумал. Даже балладу написал! Хочешь послушать? Мне кажется, я переплюнул самого себя!
- Завтра послушаю… - подняв на плечи свой мешок, Геральт хмуро направился к двери, но уже протянув к ней руку он остановился, оглянулся на поэта.
- Так а всё таки, что ты ей наговорил, что она так взбесилась? На её предложение стать её мужем.
- Да ничего я не наговорил. Только два слова и успел сказать...
- Каких?
- Сказал, - Лютик усмехнулся, - что подумаю…
***
Подходя к покоям Гайялы де Виго, ведьмак насторожился, из-за двери отчётливо слышался голос Йеннифер, но звучал он сейчас совершенно непривычно. Прислушиваясь на ходу, Геральт недоумевая, подошёл ближе. Голос его волшебницы был неестественно высоким и громким, а уловив смысл её слов, ведьмак, положив мешок с деньгами на пол, заинтересованно встал у двери, не торопясь входить, сюжет Йеннифер выдавала прелюбопытнейший, и даже из коридора было понятно, что чародейку сейчас не сдержать.
- Да! Стал так… и говорит, «Слышь, ты, морда ослиная!» - голос Йеннифер.