- Не-а! Я просто использую слабости противника. Ты сам меня этому учил.
- Учил, учил… - Койон покачал головой, развёл в стороны руки. – Иди ко мне, гадость моя!
Цири бросилась ему на шею.
- Я люблю тебя, Койон!
- А я люблю тебя… Цири.
***
Ближе к полудню, уехал Эскель.
Он тепло попрощался с каждым из ведьмаков. Обнял на прощание Цири.
- Ты молодец, девочка! – прижал он её к себе. – Верю, Школа Волка будет гордиться тобой!
Цири обняла его.
- Признайся, Эскель! Признайся хотя бы сейчас! Ты поддавался мне!
Эскель засмеялся.
- Нет, конечно! Просто, ты не похожа ни на наёмных убийц, ни на бандитов, с которыми я привык драться. А уж на чудовищ, и подавно!
Он по-дружески, взъерошил ей волосы. Повернулся к Трисс. Хотел было опять взять её за пальцы рук, уже зацелованные им, но волшебница не позволила. Она сама закинула руки ему за шею, тепло поцеловала в щеку, отстранилась.
- Я очень рада, Эскель, что познакомилась с тобой.
- А я… я уже и не знаю… - улыбка ведьмака получилась грустной, он опустил глаза.
- Ты ведь ещё приедешь сюда? – улыбка чародейки тоже получилась невесёлой.
- Если буду знать, что Вы здесь, госпожа, тогда конечно! – Эскель взлетел в седло, взялся за поводья. – Я бы взобрался на пик Горгоны, если бы знал, что Вы ждёте меня там.
Он поднял в прощальном жесте руку.
- До встречи, друзья!
И умчался прочь.
***
Вечером, ведьмаки томительно ожидали Трисс в Нижнем зале, пока чародейка занималась с Цири в её комнате. Спустя какое-то время, она вышла к ним в зал.
- Ну что!? – первым к ней подскочил Геральт. – Что скажешь, Трисс?
Он усадил волшебницу в кресло. Девушка была задумчива, рассеянно ловила на себе обеспокоенные взгляды других ведьмаков.
- Да ничего… - Трисс, видимо, была погружена в свои мысли. – Странно, конечно…
- Что!? – допытывался у неё Геральт. – Что ты обнаружила в ней странного?
Волшебница наконец-то, перевела на него осознанный взгляд.
- Что странного? А то, что вы, садисты, искалечили сознание девочки до неузнаваемости!
Ведьмаки за столом встрепенулись, начали беспокойно переглядываться.
- О чём ты говоришь, девочка? – сухо спросил Весемир.
Меригольд встала, возбуждённо прошлась по комнате.
- Я сфокусировалась на её мыслях. На её чувствах…
- И что!? Что ты увидела? – нетерпеливо напирал Геральт.
- А то, что сознание Цири совершенно оторвано от естественного развития! – тон у чародейки был недовольным. – В шестнадцать лет, обычные девочки думают совсем о другом! А у неё все мысли забиты мечами и чудовищами! Каэр Морхеном, большаком, контролем дыхания, дистанциями, фехтовальными передвижениями и терминами… Кстати, «круговой батман», это тоже оттуда?
Геральт кивнул.
- Угу… У меня самой чуть голова не пошла кругом. Как я не схватилась за меч, даже не знаю… Цири совершенно полностью поглощена вашими ведьмачьими штучками, она, наверное, даже во сне дерётся… Что вы сделали с ребёнком!?
Трисс гневно окинула взглядом ведьмаков. Те облегчённо, дружно улыбались.
- Ведьмачку, Трисс! – откликнулся за всех Весемир. – А что ты надеялась найти в голове у ведьмака? Вязание?
- Да, я знаю, что вы все психи! Но! Я надеялась, что в голове Цири будет хоть что-то ещё!
- Там есть «что-то ещё», Трисс! – отозвался Койон серьёзно. – Тебе не удалось узнать, что?
Меригольд смутилась, села в кресло.
- Нет, Койон, не удалось… - она стала опять задумчивой. – Я внимательно просмотрела всё, но… В любом другом случае, я бы уверенно сказала, что Цири абсолютно здоровая… ведьмачка. Но здесь, как вы говорите, дело серьёзнее… - Трисс тяжело вздохнула. – Остаётся последнее… Перейти за грань её сознания. Мне нужно будет войти с ней в транс!
Чародейка решительно хлопнула ладонью по столу.
- Пойдём со мной, Геральт! Поможешь!
***
- Трисс! Трисс!!! Ты слышишь!?
Трисс слышала, но открыть глаза не могла.
- Трисс!!!
Кто-то целовал ей руку. Геральт. Она с трудом приоткрыла веки.
- О, милая, ну наконец-то!
Она где-то лежала, рядом сидел Геральт, сжимал обоими руками её правую руку.
- Цири! – крикнул он куда-то в сторону и опять повернул к ней лицо. - Как ты, лисичка? Ты меня видишь!?
Геральт был очень взволнован.
- Да… - слипшиеся губы всё же разомкнулись.
Волшебница приложила левую руку себе ко лбу. Ладонь стала мокрой.
- Трисс!!! Сестрёнка!!! – у её лица возникла Цири. – Ты очнулась!?
- Да… - говорить было тяжело. – Где я?
- Ну всё… Всё хорошо, - уже спокойнее, Геральт гладил её лицо, пытался улыбнуться. – Ты у себя, в кровати… Тебе стало плохо. Дать тебе попить?