Тем временем, так и не поздоровавшись, волшебница пренебрежительно оглядывала комнату, лишь ненадолго задержавшись взглядом на Цири и на Трисс.
Не сводя глаз с Йеннифер, Меригольд тоже молчала. Вцепившись руками в крышку стола позади себя, отчаянно в него вжавшись, она не переставала сдержанно улыбаться.
- Ну что ж, могло быть и хуже… - наконец-то вынесла свой вердикт комнате Йеннифер. – Ну а ты, дитя, как я понимаю, Цири? – чародейка холодно взглянула юной ведьмачке прямо в глаза.
- Я Вам не дитя! – вырвалось у Цири резко, неожиданно даже для неё самой.
- Ну да, конечно… - Йеннифер улыбнулась, но её улыбка никак не отобразилась в её ледяных глазах. – Прости! Я забыла. Ведьмачка. Убийца чудовищ. Верно?
Цири не ответила. Глаза её налились кровью. Сейчас она, как никогда, захотела убить своё первое чудовище, какое-нибудь похожее на Йеннифер.
- О! Я вижу, взглядом ты убивать уже умеешь… - волшебница посмотрела насмешливо. – Я, Йеннифер, девочка, как ты уже поняла… И на ближайшее время, я стану твоей наставницей.
- У меня уже есть наставница! Трисс!!! – юная ведьмачка судорожно схватила Меригольд за руку. – Она тоже волшебница! – Цири вдруг поняла, что ни за что не хочет, чтобы её обучала Йеннифер.
- Цири… пожалуйста… - зашептала Трисс Меригольд, наклонив в её сторону голову.
- Вот как? – Йеннифер усмехнулась. – Трисс? Прости, Цири, я об этом ничего не знала. И что же тогда, я, здесь делаю?
- Цири! – Меригольд подняла на ведьмачку укоризненный взгляд. – Знаешь что, сходи-ка прогуляйся. Подожди меня у бассейна. Мне нужно кое-что обсудить с Йеннифер…
- Нет! – возбуждённо зашипела ведьмачка. – Я не оставлю тебя с ней одну! Мало ли что может случиться!
- Иди, Цири! Иди! – ласково улыбнулась Трисс. – Не бойся за меня! Со мной всё будет хорошо.
Цири в нерешительности потопталась на месте, злобно взглянула на Йеннифер, но потом резко, словно решившись, выскочила из комнаты, нервно хлопнув дверью.
Волшебницы остались одни. Обе молчали.
Не спуская с подруги глаз, Трисс продолжала странно улыбаться. Йеннифер же, напротив, гневно сведя брови, неспеша, угрожающе прохаживалась перед ней, в шаге от её лица.
- Ну что ты, дрянь, натрахалась с моим ведьмаком? – остановившись к Трисс боком, наконец-то выдохнула она в пустоту перед собой.
- Да-а-а! - протяжно и провокационно ответила Меригольд, не переставая улыбаться, и тут же, правая рука Йеннифер метнулась за шею подруги, схватила её сзади за волосы.
- Ах ты, маленькая шлюшка! – подёрнутое яростью лицо Йеннифер угрожающе приблизилось к лицу Трисс почти вплотную. – Ну и как, понравилось!? Девочке твоей, понравилось!? – другой своей рукой, она грубо схватила чародейку между ног, сквозь широкий подол её платья. – Ну! Говори!!! – она властно тряхнула подругу за волосы, отчего голова у той запрокинулась назад, невольно оставляя беззащитной обнажённую длинную шею волшебницы. Даже не пытаясь сопротивляться, Трисс тяжело задышала, сильно закрыла глаза и лишь судорожно продолжала сжимать пальцами крышку стола за своею спиной.
- Да… Понравилось… - её голос резко стал слабым и поддатливым, но в нём откровенно читался вызов.
- Ах, "да"!? Значит, вам обеим понравилось!? – возбуждённо зашипела Йеннифер, почти касаясь своим носом шеи подруги. – Ну что ж… Тогда ты должна сама понимать… Придётся вас наказать! – её левая рука ещё глубже зарылась в платье Меригольд, задвигалась там ритмично и настойчиво. - Вас обеих!
Она коснулась кончиком языка шеи Трисс, похотливо провела им по беззащитной плоти, раз, другой, и с каждым разом, язык Йеннифер становился всё более наглым и требовательным. Губы её жадно легли на затрепетавшую шею подруги, медленно, и с превосходством, поползли по её коже, а добравшись до подбородка, плотно обхватили его словно капканом.
Меригольд наконец-то ответила, её руки оставили стол и крепко обхватили Йеннифер сзади, отчаянно прижимая её к себе. Она вырвала из губ Йеннифер свой подбородок, и сама жадно впилась своими губами в её губы.
Горячий, полный сумасшествия и страсти поцелуй длился немыслимо долго.
- Ох, Йенна... – Трисс наконец-то открыла обезумевшие глаза. - О, чёрт! ... – ей тяжело было дышать. Губы, язык волшебницы Венгерберга, продолжали агрессивно и хаотично блуждать по её шее. – Да… Йеннифер… Ещё!