Они уже входили в башню. На полу, освещая собою мрачные каменные стены, ярким синим пламенем гудел огромный портал, величиной с небольшую комнату.
- Красивый, - Цири залюбовалась. Пламя портала поднималось до высоты колен.
- Красивый. А ещё, могучий и опасный! - Йеннифер тоже, казалось, любовалась порталом. - Подойди ближе, девочка, почувствуй его! Но не подходи слишком близко, будь осторожна!
Живой, гудящий мерцающий портал завораживал, гипнотизировал. Подойдя на расстояние вытянутой руки, Цири кожей чувствовала всю мощь магической энергии, которая его окружала. Эта энергия коснулась её, по телу юной ведьмачки пробежала приятная дрожь, наполнила силой... Наслаждаясь ею, Цири замерла. Парализованная величием и красотой уведенного, время для неё остановилось.
- Ну ладно, девочка, пошли уже назад, - Йеннифер вывела её из оцепенения. - Возможно Геральт сегодня приедет, а нас нет…
- Да... Конечно. Пошли!
***
Подходя к гостинице, они обе вздрогнули. У порога сидел, видимо кого-то поджидая, высокий мужчина, с белыми, как молоко, волосами. Увидев их, он поднялся, раскрыл руки для объятий.
- Ге-е-ера-а-альт!!!
***
Человек встречал рассвет.
В его небольшой камере было маленькое окно, высотою не больше локтя, с двумя толстыми железными прутьями посередине, единственный источник света и свежего воздуха. Располагаясь почти под самым потолком, оно выходило на самый конец тупика, неширокого прохода между зданием военного гарнизона и высокой каменной стеной. Прямые солнечные лучи никогда не заглядывали в камеру к Человеку, и солнечному свету приходилось изыскивать разные пути чтобы хоть как-то проникнуть в его унылое помещение, где кроме грубо сколоченной старой кровати не было больше никакой другой утвари.
Человек неподвижно стоял лицом к окошку и ждал. Решив, что уже пора, он неторопливо вынул из ножен свой меч. Поднял его на вытянутой руке перед глазами, оценивая его тяжесть. Потом резко закружил, завертел им, рубя, круша невидимых противников. Обманный финт, выпад, опять удар, ещё и ещё. Человек быстро и хаотично метался по своей камере, рубя по всем возможным направлениям. Долго, очень долго. Он устал, хрипел, но продолжал кружить по камере не сбавляя темпа. Прыжок, толчок от стены, выпад влево, он перебросил меч в правую рук, выпад справа, полувольт, блок, рубящий удар в прыжке, разворот и опять удар…
Вдруг, Человек остановился, за дверью послышались торопливые шаги. Двое. Он прислушался. Странно, он уже и забыл, когда в последний раз слышал шаги сразу двух людей, его камера была самой дальней, уже шесть лет к его двери подходил только один человек, сутулый Фархат, в основном, чтобы покормить…
Человек выпрямился в ожидании, замер, оставаясь стоять лицом к решётке, спиной к двери. Ждал. Гордая осанка Человека, выдавала в нём благородное происхождение.
Вскоре, за его спиной заклацал замок и дверь отворилась. В дверном проёме, появились сутулый Фархат и богато, изысканно одетый, пожилой мужчина, который нетерпеливо отпихнув стражника, первым переступил порог камеры. Не решаясь прикоснуться к рваной, вонючей одежде Человека, он протянул к нему обе, чуть дрожащие руки, как будто хотел произнести заклинание.
- Кагыр, сынок, - его голос надломился, - Великое солнце наконец-то сжалилось над нами! Пойдём, пришёл конец твоему заключению. Тебя хочет видеть император.
Человек не ответил, не обернулся, лишь спокойно, с силой вогнал свой воображаемый меч в воображаемые ножны…
***
Белое Пламя, Эмгыр вар Эмрейс, Император Нильфгаарда был хорошо сложенным мужчиной, тридцати семи лет. Тяжёлый, волевой подбородок и такой же взгляд впечатляли каждого, кто видел его впервые. Чёрные, как смоль, волосы и немного смуглый цвет кожи выдавали в нём истинного нильфгаардца.
Сейчас, в Тронном зале, он разговаривал со своим доверенным лицом, начальником своей военной разведки, Ваттье де Ридо, сидя на подоконнике высокого окна.
- Сложно предположить, насколько твоя женитьба на Цирилле Фионе поможет утихомирить волнения в Цинтре… - рассуждал вслух Ваттье. – Насколько тамошний народ поверит в подлинность принцессы… Всё-таки о ней ничего не было слышно долгие шесть лет… Стоит ли, ради такой сомнительной попытки, обременять себя на брак, а!? Да и если мы всё же её отыщем, согласится ли она стать твоей женой? – начальник разведки вдруг осёкся, на исполнение своих решений Император никогда не спрашивал чьего-либо согласия.
Но Эмгыр сегодня был благодушен.
- Кто-то да поверит, Ваттье. И ты позаботишься, чтобы таких поверивших было как можно больше, - встав с подоконника, Император задумчиво повернулся к окну. - Скоро война, друг мой, и мне не нужно в тылу королевство, полное мятежников. А вообще-то, Ваттье, - продолжал он уже мягче, - мне уже давно пора подумать о наследниках. Эти государственные дела, войны… они никогда не закончатся, а годы идут. Все эти рассуждения о герцогинях, чьих-то дочках, оскорбляют меня. Хотят заполучить себе в родственники Императора? Ну уж нет! Моей женой станет представительница истинно королевской крови! … Причём, ты, друг мой, ещё не всё знаешь.