Фаоильтиарна опустил глаза.
- Да, Кагыр, за ней я пойду… За ней, куда хочешь пойду… Прости.
Маур Дыффин положил ему руку на плечо.
- Я понимаю тебя, друг мой! И уважаю за это. Но пообещай мне, что пока ты не узнаешь на чьей стороне Францеска, вы не станете в нас стрелять.
Эльф поднял голову.
- Мы в любом случае не будем в вас стрелять, - сказал он задумчиво. - Но и вы тоже… Поговори со своими людьми!
- Конечно.
- Кагыр! Почему ты мне всё это рассказал?
- Я просто поделился с тобой своими мыслями. Всё это может оказаться чепухой…
- Я не думаю, что это чепуха. Уж очень складно у тебя получается…
- Тогда, друг, я хочу уберечь тебя от ошибки.
- Какой?
- Решать, конечно, вам… Но я думаю, что не стоит верить изменнику, рвущемуся к власти... Таким людям её всегда будет мало… Эмгыр вар Эмрейс жёсткий, порой жестокий правитель, но он человек чести. Я бы лучше довольствовался Доль Блатанна…
Их костёр догорал в тишине.
- Знаешь, Кагыр, - заговорил наконец-то Фаоильтиарна, - помнишь, я сказал, что пойду за Францеской куда угодно?
- Помню.
- Так вот, даже она не заставит меня поднять на тебя руку.
- Спасибо.
Решив, что их разговор окончен, Кагыр встал, собираясь уйти, но потом неожиданно обернулся.
- Фаоильтиарна!
- Что?
- Эитнэ… владычица Брокилона… Она тоже дочь Аваллак`ха?
- Да.
- И у неё серебристые волосы?
- Конечно.
- У всех дриад серебристые волосы?
- Дриад с серебристыми волосами очень мало, Кагыр, - усмехнулся Фаоильтиарна. - В Брокилоне изначально смешивали эльфийскую кровь с человеческой. Серебристый цвет волос сохраняется лишь у прямых потомков самой Эитнэ.
Задумчиво опустив глаза, Кагыр кивнул.
***
Элитные воинские подразделения Империи Великого солнца, «чёрные» дивизии Нильфгаарда, назывались «дивизиями» условно. Каждая такая дивизия насчитывала в себе всего лишь двенадцать дюжин бойцов, но каждый нильфгаардский солдат прекрасно знал и помнил крылатый ответ нынешнего маршала Мэнно Коегоорна, а тогда только лишь командира «крылатой» дивизии «Когтистых ястребов», своему непосредственному начальнику, Ховарту вар Моэхуну, маршалу группы войск «Центр», в разгар знаменитой битвы у Велены, что мол: «Мои двенадцать дюжин «чёрных», стоят в бою куда больше, чем Ваши, маршал, двенадцать сотен! И я Вам сейчас это докажу!». И после того, как Мэнно Коегоорн это доказал, он сам возглавил группу «Центр» в звании маршала.
Каждая дюжина «чёрных» представляла собою вполне самостоятельное воинское подразделение со своим непосредственным командиром, обозом, в виде лёгкой повозки с упряжкой на две лошади, и с Обозным, невоенным человеком, в обязанности которого, помимо роли возницы, входила обязанность заботится о лошадях. Поддерживая ежеминутную боевую готовность такого отряда, обоз везде следовал за своей дюжиной, гружённый брезентовыми палатками, одеялами, дополнительным оружием и минимальным запасом продовольствия для солдат и лошадей.
Каждый «крылатый» отряд негласно назывался «крылатым», из-за птичьих крыльев, искусно приделанных к каждому боевому шлему солдата «черной» дивизии, и никогда это не были крылья той птицы, имя которой носила дивизия. Во-первых, приделать себе на шлем, к примеру, орлиные крылья, было бы почти невозможно, а во-вторых, такие птицы пользовались почётом среди самих бойцов, у которых с издавна ходило поверье, что раз уж они дерутся с её именем на устах, то именно «их» птица отнесёт на небеса их освободившуюся от тела душу и позаботится о ней, поэтому носить на своём шлеме крылья именно «их» птицы, было бы грубым кощунством. «Чёрные коршуны», «Бесстрашные соколы», «Гордые орлы» … Почти в каждой такой дивизии, помимо «Свирепых гарпий» и «Летучих мышей», были одна или несколько соответствующих птиц, живых тотемов, которых любили и о которых заботились, а естественную потерю такой птицы оплакивали и устраивали по ней краткосрочный траур. Поэтому к своим шлемам «чёрные» солдаты приделывали крылья любых других птиц, больше заботясь о качестве чучела и о том, чтобы размер их крыльев, не превышал размеры крыльев на шлеме командира. Ну и конечно, эти крылья должны были быть выкрашены в чёрный цвет…