А ведь она не могла даже предположить, что я говорю по-ештарски. Этот язык — настоящий кошмар для изучения. У каждого знака было несколько значений, которые менялись в зависимости от сочетаний, а ещё диалекты, в которых даже *одна* неправильная интонация могла изменить смысл фразы. Проще было найти ештарца, говорящего на имперском, чем имперца, свободно владеющего ештарским.
Я лениво потянулась, позволяя себе наглую улыбку.
— Ну? Мы просто будем молча сверлить друг друга взглядами, или кто-то скажет мне что-то *вежливое*?
— Удивлён, госпожа ведьма, — молодой человек улыбнулся так широко, что я заподозрила его в коварных намерениях. Голос звенел весельем, будто он только что выиграл главный приз в лотерее. — Не думал, что меня поприветствуют на чужбине на родном языке.
— Кашеери, — полупоклонился он.
Что переводилось как «Польщен». Ага, польщён. Конечно. Именно это я и вижу в его хитрых глазах.
Позади меня раздалось рычание. Глухое, многозначительное, с лёгким намёком на кровопролитие. Благоразумие, которого у меня обычно кот наплакал (и то, если кот был в хорошем настроении), подсказывало, что продолжать сидеть на руках у супруга опасно. Причём не совсем понятно, для кого больше — для меня, для мужа или для этого самодовольного ештарийца.
Я аккуратно выбралась из уютных, но подозрительно напряжённых объятий и уже собиралась стремительно сбежать…кхм то есть, изящно попрощаться, как этот самый ештариец произнёс:
— Госпожа ведьма, не скрасите ли это унылое мероприятие своим присутствием?
Он указал на кресло напротив себя с таким видом, будто уже всё решил. Мне не понравился его тон. Он вёл себя так, будто он тут главный, хотя, если судить по лицу императора, тот был совершенно иного мнения. Однако возражать не стал. Видимо, переговоры были настолько важны, что наш великий правитель предпочитал сидеть молча, кусая губы и, возможно, мысленно планируя чей-нибудь казусный несчастный случай.
Деваться было некуда. Я села.
— Позвольте представиться, госпожа, — обворожительно улыбнулись мне, явно рассчитывая, что я растаю от этого ослепительного жеста, и изящно поклонились, едва не рассыпав коллекцию перстней, украшавших руку. — Амар Шаль Хаем, посол Ештара.
Он сделал паузу, а затем кивнул на девушку рядом:
— А это наш переводчик и дипломат, пятая принцесса Ештара — Ясмина Шуане Хаем.
**Хаем?** Если я правильно помню, это фамилия правящего рода. Значит, они родственники?
— Василина Лис… — начала я, но тут же меня прервали.
— **Рантаниель.** — Голос мужа прозвучал с холодной, ледяной яростью, от которой даже воздух в комнате стал гуще. — Василина Лисовская Рантаниель.
Посол посмотрел на него так, будто ему было совершенно наплевать, кто я и с кем меня записали в семейные документы. Зато принцесса…
Эта Ясмина пялилась на моего мужа с таким нескрываемым восторгом, что мне стало слегка не по себе. Она буквально пожирала его глазами, и, будь у неё хвост, наверняка уже им виляла.
Честно? Он мне, конечно, к чёрту не сдался. Но это моя собственность юридически задокументированная самим императором и верховным жрецом.. Так что, если эта восторженная девица не перестанет так откровенно обливаться слюнями на МОЕГО мужа, то клянусь своей метлой, завтра утром она проснётся **лысой**.
Хотя нет… лысой — это слишком гуманно. Возможно, с зелёной кожей. Или, например, с внезапно возникшими козлиными рогами.
О, у меня столько идей!
— Рантаниель? — слегка приподнял бровь Амар — Она ваша..?
— Жена, — коротко и твёрдо ответил ректор, и в его голосе не было ни малейшей вуали сомнения.
А вот посол не показал абсолютно никаких эмоций, но вот девушка… ах ты ж…
Она окинула меня взглядом, как некое любопытное, но примитивное существо, которое должно было бы её интересовать разве что в зоологическом контексте. Затем с лёгкой, почти театральной грацией, которая, по всей видимости, была ей от рождения дана, добавила с оттенком изысканной насмешки:
— Лорд Рантаниель, вы действительно восхитительный демон. О вашей силе и хладнокровной выдержке ходят легенды… даже у нас в Ештаре, — произнесла она, как если бы произносила речь на своём родном языке, вдохновившись последними событиями в театре. Девушка даже немного запыхалась от восторга. — Герой во всех смыслах, одолевший много чудовищ.
Но, прежде чем я успела «похлопать» её за такое мастерство в подаче информации, Ясмина резко переключилась и взглянула на меня с таким презрением, что я на секунду подумала, не начать ли мне преподать ей пару уроков хороших манер с помощью своей волшебной метлы.