— Настенька! — сказали они хором и улыбнулись одинаковыми пьяными улыбками.
Настя тоже улыбнулась, отобрала у них стаканы с водкой, которую те намеревались выпить, и вылила содержимое им на головы. Раздались возмущённые возгласы.
— Ну зачем ты, Настя, — осуждающе проговорил Пенёк.
— Больше не буду, — отчеканила она, — можешь оставаться здесь сколько угодно, ты мне больше не нужен! А вы, дядя Гриша, ещё сто раз пожалеете, что выбрали в собутыльники моего друга! Я сейчас же иду в наш магазин и говорю Людке, чтобы водки в долг вам больше никогда не давала.
Услышав об ожидающей его страшной участи, Григорий посмотрел на неё почти осмысленным взглядом.
— Не губи, Настенька, не мог я не налить хорошему человеку! — он ударил себя кулаком в грудь, — а Яшка у него какой! Это ж настоящая собака Баскервилей! Да если б у меня такая была, я бы мигом отучил всю шпану в радиусе километра сц…ть в подъездах!
Настя, взяв за волосы качающегося Пенька, повернула его к себе лицом.
— Откуда он знает про Яшку? — прошипела девушка.
— Так я ему сам показал!
— Яшку? — перепугалась Настя, — вы что, в деревне были?
— Не-е, — он дыхнул на неё перегаром, — Яшка всегда со мной, я его одного не оставляю. Боится он без меня. A вот Гришку признал за своего! Душевный мужик!
Душевные мужики, в порыве нахлынувших чувств, крепко обнялись.
— Ты хочешь сказать, что Яшка сейчас здесь?
— Ага, спит в котомке. Ему там нравится.
— А как же он там помещается? — недоверчиво спросила Настя, и на всякий случай отошла к входной двери — мало ли каким монстром может оказаться существо, способное издавать такие ужасные звуки!
— Да он небольшой, — ответил Пенёк, и со смачным хрустом съел огурец, — хочешь на него посмотреть?
— Нет, — быстро сказала девушка.
Но Пенёк уже стал на четвереньки и, сюсюкая, пополз к мешку.
— Иди сюда, мой маленький! Иди сюда, моя кисонька, — приговаривал он, развязывая котомку.
К этому священнодействию присоединился дядя Гриша, тоже став на колени и запустив огромные лапищи в Яшкино жилище.
Настя стояла чуть живая, ожидая увидеть устрашающего монстра, с клыкастой пастью и огромными щупальцами. Ещё секунда — и четыре пьяные лапы извлекли на свет божий какой-то пушистый белый комочек.
— Просыпайся, Яшенька, — тонким голосом запел Григорий, — тётя Настя хочет с тобой познакомиться.
В комке шерсти резко сверкнули круглые изумрудные глаза.
— Что это? — непонимающе спросила девушка.
— Это Яшка, — с гордостью сказал Пенёк и смачно поцеловал того в нос.
Нос у существа был как у пекинеса, ушей не было видно из-за густой шерсти, покрывающей круглую голову. Зато наличествовал роскошный лисий хвост. И если бы не маленькие короткие лапки, Яшка мог бы сойти за персидского кота. Туловище, как и голова, было круглым и пушистым. Вообще, он здорово напоминал отъевшегося Колобка, на которого бабка и дедка не пожалели теста. Яшка с интересом разглядывал Настю и, словно собака, быстро-быстро вилял хвостом.
— Ты ему нравишься, — тоном знатока заявил дядя Гриша.
Колобок, выпрыгнув у них из рук, резво покатился в Настином направлении, громко цокая острыми коготками по полу. Докатившись до девушки, Яшка сел, и она увидела как лица собутыльников вытягиваются от ужаса. Обгоняя друг друга, они кинулись на маленького Яшку. И лишь когда последний открыл рот, оказавшийся неожиданно огромным, девушка поняла причину их испуга. Яшка издал свой коронный изуверский вой, от которого Настя пошатнулась. Пенёк с Гришей уже закрывали ладонями рот орущему зверю, но вой, несомненно, был услышан всеми обитателями близлежащих домов.
— Ты что делаешь! — прижимая зверька к груди, выговаривал ему Пенёк, — мы же договаривались — ты будешь молчать!
Яшка, словно устыдившись, — сунул мордочку хозяину в подмышку.
— Что это за порода? — Настя тряхнула головой, избавляясь от звона в ушах.
— А кто его знает? — ласково глядя на своего питомца, ответил Пенёк, — я его маленьким в лесу нашёл. С тех пор мы не расстаёмся.
Внезапно Яшка непонятно как оттолкнулся от Пенька и, словно пролетев по воздуху, приземлился девушке на руки.
— Ой! — Настя от неожиданности чуть его не уронила.
На ощупь зверёк оказался удивительно мягким. Он доверчиво посмотрел ей в глаза и ткнулся в подбородок.
— Яшка безобидный и очень ласковый, а что голос у него такой, так у каждого свои недостатки!
— Значит, это он чавкал в моей квартире? — уточнила Настя.
— Ага.
— И блюдечко с молоком на кухне тоже для него?
— Ага.
— Слава богу, а то я думала, что это ты так безобразно себя ведёшь!
Григорий, который всё это время с ревностью наблюдал за тем, как Яшка сидит на руках у Насти, наконец, не выдержал.
— Ну всё, хватит, — он взял животное себе на руки, — ребятёнку спать пора!
Он бережно понёс сопящего зверька обратно в котомку.
— Ну что ж, — произнесла Настя, — с Яшкой мы разобрались, думаю, на этом и разойдёмся.
Она развернулась и шагнула к двери.
— Ты куда? — опешил Пенёк.
— На работу.
— Я с тобой!
Девушка повернулась, и с негодованием посмотрела на Пенька.
— Со мной нужно было быть ночью, когда в квартире происходило чёрт знает что! А сейчас можешь спокойно продолжать пьянку.
— Настя, да чего ты злишься? С тобой же ничего не произошло!
— А если бы произошло, ты просто поплакал бы над моей могилкой?.. Всё, проехали.
Девушка развернулась, и, не оглядываясь, пошла на улицу.
«Возможно, Александр не так уж неправ, — думала она, — что, в сущности, я знаю о Пеньке? Ничего! Он сразу подкупил меня своей детской наивностью, и я растаяла, как эскимо. Решила, раз Пенёк недруг Александра, значит он хороший. Но откуда я могу знать, что ему от меня нужно? И сколько противоборствующих сил существует в этом странном, абсолютно неизвестном мне мире?.. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.» — ободрила себя Настя и направилась в офис «Прима-Люкс».
В этот раз она зашла в здание через дверь, как белый человек. В приёмной Кузьмина сидела красавица Людочка, и весело щебетала по телефону. Она кивнула девушке, знаком показывая, что нужно подождать. Поболтав ещё некоторое время, секретарша, наконец, положила трубку на место, и сообщила, что Кузьмин с американцами на производстве. Будут минут через двадцать, и Виталий Николаевич попросил, чтобы Настя подождала его в кабинете. Людочка встала и походкой манекенщицы проводила девушку в злополучную комнату с пожарной лестницей.
— Чай, кофе? — вежливо спросила секретарша.
— Чай, если можно, — Настя немного смутилась от такой любезности.
— Виталий Николаевич попросил позаботиться о вас, чтобы вы не скучали, — пояснила Людочка и выпорхнула их кабинета.
Настя едва успела бегло окинуть взглядом помещение, как дверь распахнулась, и на пороге появился её вчерашний туалетный знакомый. Увидев, что хулиганка, которая давно должна была получить пятнадцать суток, расселась в кабинете владельца фирмы, Фёдор Степанович побледнел и строго спросил:
— Что вы здесь делаете?
— Открываю филиал мужского туалета, — Настя посмотрела на него, скорчив устрашающую мину.
— Возмутительно! — побагровел толстячок и, едва не сбив с ног идущую с подносом Людочку, ринулся прочь.
— Чего это он? — поинтересовалась секретарша, расставляя перед ней вазочки с печеньем и фруктами.
— А! — Настя махнула рукой, — я увидела его с расстёгнутой ширинкой, и теперь он считает меня врагом народа.
— Не обращай внимания, — Людочка присела напротив, — он вообще немного странный.
— Наверное, он ярый поборник морали. А вот кто действительно странный, так это ваш Кузьмин, — девушка решила сразу брать быка за рога.
— Почему это? — удивилась секретарша.
— Он, то бросается на всех, как взбесившийся тигр, а потом вдруг становится божьим одуванчиком!
Людочка рассмеялась, представив шефа одуванчиком.
— Да нет. Это он в последнее время стал такой. Никто ничего понять не может, а вообще-то Виталий Николаевич нормальный мужик. И сам живёт, и другим не мешает. Знаешь, как он о сотрудниках заботится! Мы все за ним, как за каменной стеной. Правда, иногда бывает очень резким, но это если только проштрафился кто-то. Если б не его железная дисциплина, наша компания так и осталась бы заурядной конторой.