— Виталий Николаевич, я же всё объяснила милиции. Эти бандиты думали, что соседка моей бабушки передала мне какое-то золото. Они гонялись за мной по всему городу, и здесь нашли.
— Значит, теперь у вас всё в порядке? — в его тоне явно скользило недоверие.
— Да. Не знаю, что бы я делала, если бы не вы… Кстати, как вы оказались возле чёрного хода?
— А, это очень занятная история! — оживился Кузьмин, — стою я, стою, любуюсь вашим эротическим танцем с уважаемым принцем крови…
— Почему эротическим? — не поняла Настя.
— Потому что любому в зале было ясно, что сегодня же ночью вы окажетесь в его постели! — Кузьмин едва сдерживал своё раздражение.
— Да как вы смеете! — закричала Настя.
Виталий подошёл к ней вплотную и жёстко посмотрел в глаза.
— Вы хоть самой себе не врите!
— Не знаю, что вы там себе напридумывали, — срывающимся голосом произнесла девушка, — но я не сплю с едва знакомыми мне мужчинами!
— Хорошо, если так, — Кузьмин не думал успокаиваться, — так вот, я продолжаю… Стою я, смотрю на ваш целомудренный танец, и вдруг вижу — чей-то якобы больной брат вместе со своей замечательной няней разносят гостям напитки. Никакого слабоумия нет и в помине, наоборот — взгляд осмысленный и цепкий. А уж когда няня уединилась с дамой, а брат начал взламывать замки, я вообще перестал что-либо понимать! Что происходит, Настя?
— Вы за мной шпионили? — произнесла она гневно, вспомнив, что лучший метод защиты — нападение.
— Если бы я не пошёл за вами, вас бы увезли бандиты! — отбил подачу Кузьмин.
— Согласна, но это не даёт вам права разговаривать со мной, как с преступницей! Я ни в чём перед вами не виновата!
На Настю вдруг накатила апатия. Тело стало вялым, мыслей и желаний никаких.
— Вы правы, — мягко произнёс Кузьмин, — вам столько довелось сегодня пережить, а тут ещё я на вас набросился. Возможно, у вас есть причины для подобного поведения. Мне только жаль, что вы не хотите поделиться со мной своими проблемами.
— Виталий Николаевич, от проблем вы меня избавили. Я сейчас найду брата, и мы поедем домой.
— Никуда вы без меня не поедете, — решительно сказал Виталий, — сейчас вы пройдёте в зал и подождёте меня минут десять. Думаю, среди людей с вами ничего не случиться. А я улажу одно дело, и отвезу вас с братом домой… Можем захватить и няню, если она уже освободилась.
Настя засмеялась, вспомнив дядю Гришу в объятиях Клеопатры Ивановны.
— Рад, что вы немного развеселились, — глаза Кузьмина излучали тепло, — пойдёмте в отель, обещаю, я оставлю вас совсем ненадолго.
Виталий привёл девушку в зал, строго-настрого приказав оставаться на месте, а сам ушёл с парнем, который приносил ей чайник, и которого, вспомнила Настя, зовут Володей.
Как только Кузьмин растворился в толпе, из ниоткуда рядом с Настей возник Пенёк.
— Пенёчек, — кинулась к нему девушка, — ты должен немедленно спрятать мою бабушку! Задание Плевако я провалила, и теперь, когда сорвалась его затея отомстить мне, он рассчитается с ней!
— Думаю, до утра у нас время есть.
— До какого утра! Немедленно отправляйся в деревню! А я заберу дядю Гришу, и Кузьмин нас отвезёт домой.
— Я не могу тебя оставить, ты же знаешь! Зачем ты вообще вернулась в отель! Александр может выкинуть что угодно, нужно немедленно уходить.
— Только попробуй не выполнить моей просьбы, и ты узнаешь, как просыпается моя сила! — Настя угрожающе сверкнула глазами.
— Ладно. Бабушка — это святое, — Пенёк полез в карман брюк и извлёк оттуда мобильный телефон.
— Что это? — обалдела Настя.
— Ты чего? — лицо у Пенька вытянулось, — это мобилка. Берёшь, нажимаешь кнопочки и разговариваешь.
— Ты что, умеешь им пользоваться?
— Конечно, ты меня совсем за деревню держишь! — обиделся Пенёк.
— Нет, просто не понимаю, кому ты можешь звонить, и зачем?
Не обращая на неё внимания, Пенёк набрал номер, выпятил грудь и подбоченился, как будто собеседник мог его видеть.
— Алло, — важно проговорил он в трубку, — бабуля, это я.
В трубке послышались охи, стоны, причитания, а под конец такие ругательства, что внучёк, в целях сохранения слуха, был вынужден отвести телефон на вытянутую руку. Наконец трубка угомонилась и П опасливо снова поднёс её к уху.
— Бабушка, — на этот раз его голос был заискивающим, — ну чего ты, я ж говорил, что у меня важное дело, — и, опасаясь нового взрыва ругательств, снова быстро отвёл от уха телефон, — ба, тут дело на сто миллионов. Нужно спрятать Настину бабушку… Да, да, бабушку нашей Насти. Сделаешь?.. Спасибо. Мы скоро проведаем вас обеих… Всё… Целую, — сказав это, Пенёк покраснел. Косясь на Настю.
Та, в свою очередь, во все глаза смотрела на Пенька.
— Откуда меня знает твоя бабушка?
— Оттуда, — Пенёк снова перешёл на многозначительные интонации.
— И почему в разговоре с ней ты называл меня «наша Настя» тоже не скажешь?
— Всё, что я могу тебе сказать — с твоей бабушкой уже всё в порядке. Моя её спрятала.
— Уже?
— А чего? — удивился Пенёк, — там делов-то — пальцами щёлкнуть.
— Тогда позвони своей бабушке, чтобы я поговорила со своей, и убедилась, что с ней всё в порядке.
— Не положено! — милицейским тоном отрезал Пенёк.
Неизвестно, чем бы закончилась их перепалка, но в это время к ним подошёл какой-то странный человек. Его полностью чёрная одежда оттеняла землистую бледность лица. Глаза абсолютно ничего не выражали, они будто бы остановились в одной точке. Заострившийся нос и синюшные губы делали его здорово походим на покойника. Увидев подошедшего к ним субъекта, Пенёк изменился в лице и побледнел. Он попытался загородить собой Настю, но человек поднял руку и Пенёк застыл на месте с округлившимися от ужаса глазами. Настя понимала, что происходит что-то нехорошее, но отчего-то не могла пошевелиться.
— Анастасия Михайловна, — прошелестел человек, ибо звуки, издаваемые им, иначе назвать было нельзя, — принц Александр просит вас подняться к нему в апартаменты. Он просил сказать, чтобы вы ничего не боялись. В этом доме никто не причинит вам вреда.
«Жаль, что я не знала этого, когда выходила через чёрный ход», — подумала девушка и помимо своей воли проследовала за живым покойником. Пенёк продолжал стоять неподвижно, выражая своё отчаяние одними глазами.
Они подошли к портьере в самом углу зала, «покойник» приподнял её и жестом пригласил Настю пройти в открывшуюся нишу.
Часть 5
Девушка в последний раз оглядела зал в поисках спасения и обречённо шагнула в тёмный коридор.
— Вам наверх, — прошелестел человек, остановившись возле винтовой лестницы.
Задрав голову, Настя увидела пробивающийся свет на третьем этаже, шедший, по-видимому, из комнаты, в которой ей была назначена высочайшая аудиенция. Глубоко вздохнув, девушка стала подниматься. Преодолев половину расстояния, она подумала, что эта часть замка, скорее всего, не предназначена для постояльцев отеля. Здесь всё оставлено так, как было два-три века назад. Вытертые от времени, шитые золотом гобелены и портьеры, облупившаяся лепнина, серебряные канделябры, в которых сейчас горели свечи. Электричество в эту половину замка проведено не было. Настя остановилась, вдыхая волнующий, будоражащий воображение запах прошлых веков. Она закрыла глаза, представив, как здесь когда-то ходили люди, жили своей жизнью, решали свои проблемы, влюблялись.
— Любимая, почему ты не поднимаешься? — услышала она голос Александра.
Он стоял в конце лестницы на третьем этаже в позе древнегреческого бога, и неотрывно смотрел на Настю.
— Я ведь просила не называть меня любимой! — девушка с самого начала решила вести себя жёстко, чтобы не поддаться чарам этого потрясающего мужчины.
Она, сердито топая, начала подъём наверх. Но все старания рассыпались, когда Александр схватил её за руку, притянул к себе, и стал жарко целовать. Настя мгновенно обмякла, испытывая наслаждение, граничащее с болью. Через некоторое время, показавшееся вечностью, Александр отпустил её и слегка отстранился, рассматривая её лицо.