- Используй свои силы, дитя. Ненависть – лишь она поможет справиться с болью! Но за всё нужно платить. В данном случае всё о-очень просто, - она грубо схватила меня за подбородок, впиваясь ногтями в и так раздражённую кожу, и повернула моё лицо в сторону вжавшихся друг в друга и в стену родителей. – Отомсти им. Заставь их почувствовать ту боль, что ты испытала по их вине! – последнюю фразу она чуть ли не торжественно прокричала, на миг оглушая меня.
Боль… Расстаться с болью – так заманчиво. Мне никто не поможет, кроме меня. Так... почему бы не?..
Уже через секунду моя рука покоилась на шее отца, впившись когтями в кожу. Вскакивая с каменного ложа, я почувствовала толчок со спины от Вайноны, но он не вызвал такого отвращения, как полные страха и ненависти глаза отца. Я несильно стукнула его головой о стену и медленно разжала пальцы, невольно оставляя красные борозды на коже. Ноги перестали меня держать, и я медленно осела на пол, закрывая ладонями лицо: пальцы и рукава тут же стали влажными от слёз. Я не могла причинять им боль, несмотря на предательство и собственные мучения!
- Трусливая овечка, - едко бросила Вайнона, подходя ко мне с назойливым стуком каблуков. – Но ничего, - она склонилась надо мной, о чём свидетельствовала тень передо мной, и провела ладонью по моим волосам, больно цепляя их перстнями. – Из тебя ещё можно сделать опасного хищника, - тётка выпрямилась и безумно расхохоталась, что немного привело меня в чувства, и вскоре я уже сухими глазами уставилась на неё со всей накопившейся ненавистью. Однако это её только порадовало. – Во-от. Начало уже положено.
Глава 4. «Ведьма». Часть 2
Ещё утром, когда Вера не смогла разбудить подругу даже с помощью своих родителей в школу, она сильно забеспокоилась. И это несмотря на то, что её мама утверждала, что Люда просто переутомилась, и один пропущенный день школы – ничто, по сравнению с возможностью выспаться ребёнку. Но когда Людмила не проснулась ни к обеду, ни к ужину, и семейство Ивовых уже набирало номер скорой помощи, к ним в дверь постучался отец Люды, Тихон. За ним на лестничной клетке мялся (хотя Вере сложно было применить это слово к этому снобу), видимо, дядя её подруги. Пока отец Люды лгал о том, что с ней уже подобное случалось, и это, якобы, наследственное заболевание, Вера не сводила пристального взгляда с Меземира ровно до того момента, как её одёрнула мать, заметившая, что дочь откровенно «пялится» на чужого человека. Что ж, этого пижона Вера запомнила надолго. Если что, думала она, фоторобот будет составить несложно. Погружённая в напряжённые мысли, Вера не сразу поняла, зачем же всё-таки пришли родственники подруги. Да ещё и туман усталости мешал быстро соображать. Но когда более сильный, чем Тихон, Меземир вышел из их квартиры с Людмилой на руках, Вера всерьёз запаниковала и даже хотела рвануть вслед за нежданными гостями, но была на миг остановлена строгими и не предвещающими ничего хорошего взорами родителей. Всего на миг.
- Вы не заслуживаете её. И однажды она станет свободна, - Вера дёрнула рукав Тихона так резко, что хлопковая ткань больно врезалась в грубую мужскую кожу, нагнав мужчин на первом этаже.
- Однажды? – хмыкнул Меземир, без тени устали поворачиваясь к застывшим людям. – Вскоре мы все станем свободны. И ты будешь этому свидетелем, - сложно было сказать, к кому именно была обращена последняя фраза, но Вере почему-то казалось, что ей. И от этого холодок пополз по её спине. Она выпустила из ослабевших рук пиджак побледневшего отца подруги и, будто бы под гипнозом, поднялась обратно к себе на этаж. А, может, и не «будто бы».
***
После получаса рыданий в одиночестве я решила встать и пойти умыться. Вайнона, как и родители, давно покинула это подвальное помещение, и больше я никого не видела. Нужна я кому-то, ага! В этом доме… или где я сейчас нахожусь, мне никто не поможет, и не важно, что со мной случилось. Думаю, пора паковать вещи и переезжать к бабушке от этих психопатов. А то ещё убьют в порыве своих игрищ!
Попытавшись подняться, я удивилась: моё тело ощущалось совсем иначе. Словно кто-то перекроил меня за эту ночь, выкрав перед этим у Веры из-под носа. Ох, боюсь представить, что она успела за это время вообразить себе! Она-то обо мне волнуется, в отличие от некоторых! Ладно, так я себе не помогу, нужно подняться.
Пальцы сгибались туго, впрочем, как и всё остальное, мышцы стали плотнее, а вены взбухли и легко проглядывались через кожу. Не то чтобы я раньше была красавицей, но сейчас, уверенна, выгляжу совсем чудовищем. Резко оттолкнувшись от пола, я попыталась вскочить на ноги – это было плохой идеей. Перед глазами заплясали черти, и мне страшно было подумать, реальны эти скачущие по комнате чёрные пятна или нет, потому что после всего произошедшего могло случиться и не такое!.. Страх подстегнул меня к дальнейшим попыткам выбраться из того подвала. Кто знает, что со мной может произойти, если я останусь там ещё хоть на минуту? Мне вот не хотелось узнавать этого. В носу появилось ощущение сухости, а на языке - металлический привкус. Её и кровь носом пошла! Что ещё сегодня плохого не произошло?! Где там астероид размером с планету?..