— Это лишь одна из многих… которые, видимо, успели зажить, - наконец, до меня дошло, что все следы моего лесного приключения не понятно каким образом успели бесследно исчезнуть, а ссадина на виске появилась значительно позже.
- Люда! – вдруг возмущённо и, в то же время, обеспокоенно воскликнула бабушка.
- Что? – измученно выдохнула я.
- Что, что… иди есть, - покачав головой, она устало прикрыла глаза и прошла на кухню, безмолвно зовя за собой.
Варениками я не наелась, и бабушка принялась за жарку куриных котлет, попутно начав расспрашивать меня. Аппетитный запах сочного мяса, деревенского молока и свежего белого хлеба заметно прибавили мне покладистости и сговорчивости, но это вовсе не означало, что я была готова вывалить всё, что со мной случилось за последние дни. Во-первых, было жалко бабушку и её нервы, во-вторых, мне было тяжело вспоминать весь тот ужас, что пришлось пережить, в-третьих, меня запросто могли принять за сумасшедшую. Бабушка Иста хоть и беспрекословно любит меня, но мыслить разумно не перестаёт.
Не единожды во время трапезы пытаясь начать свой «увлекательный» рассказ, я попеременно издавала разные многозначительные звуки, вроде «м-м-м» или «к-х-е-х», а то и вообще «ой-ой». Бабушка всё это время сидела передо мной полубоком, по-домашнему закинув сырую тряпку на плечо, и потерянно разглядывала меня, подмечая всё новые и новые детали, которые ей отнюдь не нравились. Прерывая мою очередную попытку что-то выдавить из себя, Иста с плохо скрываемым ужасом в голосе сказала:
- Тебя будто ртуть заставили выпить, или чем там ещё баловались барышни века девятнадцатого, чтобы кожа становилась белой и гладкой.
- Да-а, а потом они умирали, травясь этой самой ртутью или чем-то там ещё, - довольно и знающе протянула я, а потом резко прикрыла себе рот рукой, только-только осознав основную мысль этих слов. – Н-но меня ртутью не поили… наверное, - я всерьёз задумала над этим предположением. В конце концов, как бы прискорбно это не звучало, со мной могло произойти всё что угодно во время моего «сна». Не просто так же я в какой-то момент озверела и чуть не придушила собственного… впрочем, неважно!
- Так, — это грозное «так» сопровождалось хлёстким сбрасыванием тряпки на стол. – Я звоню в полицию!
- Не надо в полицию! – я вскочила, роняя стул, и тут меня «прорвало». Я рассказала о том, как в очередной раз поссорилась со «Звёздочкой» на вокале, как меня выгнали оттуда, как я припугнула Вячеслава на улице, а также я точно описала свой поход к следователю и его странное поведение. По мере развития моего рассказа глаза бабушки всё больше расширялись, а под конец она буквально упала на стул, вытирая холодный пот со лба. Я продолжала стоять, впиваясь ногтями в кожу ладоней и нервно покусывая губы. Я так боялась, что она во мне разочаруется! Этот страх был даже сильнее того, что я испытывала в том странном сне с луной!
- Люда, - сквозь ком в горле произнесла Иста спустя несколько казавшихся вечностью минут. – Ох! Воды! – понимая, что, возможно, у бабушки от нервов подскочило давление, я быстро налила ей воды и принесла аптечку. Кое-как напоив её лекарством и приведя в чувства, я осторожно села у её ног прямо на пол, опустила взгляд и стала дрожащими холодными руками перебирать край кофточки.
Почувствовав на своей макушке тёплую ладонь, я зажмурилась и облегчённо выдохнула: выгонять меня точно не собираются. Но и серьёзного разговора не миновать.
- Что ж с тобой происходит, ребёнок? – ласково протянула бабушка, успокаивающе поглаживая меня по голове.
- Со мной происходит?! – я почти обиженно взглянула на неё исподлобья, глотая первые слёзы. – Что со мной делают?! Эти мерзкие родственнички со стороны отца – кто их вообще сюда звал?! Ах, да! Он-то и звал!
- Они опять приехали, - не тая неприязнь и хмурясь, уточнила бабушка.
- Да! – буркнула я, скрещивая руки на груди в защитном жесте.
- И что они на этот раз учудили? – строго спросила Иста, однако её злость была напрвлена, к счастью, не на меня.
- Кроме того, что Вайнона опять меня ударила, - я невольно прошлась по щеке кончиками пальцев. – Меня заперли в каком-то подвале, не понятно каким образом усыпили на целые сутки, а когда я проснулась, Вайнона стала говорить всякие ужасные вещи, и я…
- Что ты? – наклонившись ко мне и утерев слёзы со скул, обеспокоенно вопрошала бабушка.
- Я чуть не придушила отца, - отвернувшись в сторону проёма двери, в котором зияла кромешная тьма, я продолжила: - Они стояли там и ничего не делали. Они не хотели мне помочь. Они боялись меня.
- Мама с папой? – шокировано выдохнула Иста.