Затем мне приказали рассказать то, что я выучила, и после прочтения заклятия и клятвы повисла гробовая тишина.
«Похоже, я опять что-то сделала не так…» - мысленно вздохнула я, готовясь к очередной вспышке гнева неугомонной тётки. Но её не последовало, вместо этого Вайнона попросила Меземира поделиться мнением насчёт выполненной мной работы.
- Всё замечательно, но интонация совершенно не убедительная, - как будто отмахиваясь от меня, критично заявил Меземир, и мне стоило больших сил не бросить на него полный возмущения взор. Это так он мне помогает, да? Подставляет ещё больше? – Если к Тёмному Владыке обратиться с такой неуверенностью в голосе, он засомневается в нашей преданности, - его никто не просил, но он пояснил своё утверждение. Вот чёрт…
- О, над интонацией… - Вайнона с довольным шипением в голосе выделила последнее слово, - … мы поработаем в следующий раз. Но это не столь важно! – торжественно провозгласила она. Я с плохо скрываемым шоком посмотрела на неё. – Людмила сегодня в очередной раз показала, что обладает невероятным потенциалом! Она ещё не прошла тёмный ритуал, а уже полноценно использует тёмные чары. Твои ученики когда-нибудь демонстрировали столь стоящие результаты? – надменно поинтересовалась Вайнона, оборачиваясь на Меземира. Тот отрицательно качнул головой, а когда она с гордым видом отвернулась, он закатил глаза.
- Сегодняшний урок окончен. Меземир, сопроводи Людмилу на прогулку по лесу и покажи ей растущие здесь зельевые травы, - приказала Вайнона и с то ли улыбкой, то ли оскалом посмотрела на меня. – А ты, моя дорогая, не забудь одарить его парочкой подарков за его любезность.
Я кивнула, скривив улыбку, хотя и не поняла, что она имела в виду. Меземир пропустил меня вперёд, я накинула ветровку, т. к. ближе к ночи становилось прохладно, а дядя – неизменное пальто. Мы покинули дом, но, к счастью, не пошли в лес. Покинув посёлок, мы сели в стоящую на окраине машину Меземира, и поехали в одному ему известном направлении. Я с удовольствием откинулась на спинку мягкого сидения и наполовину прикрыла глаза, периодически недовольно прожигая ими дядю.
- Есть хочешь? – не отвлекаясь от дороги, спросил тот.
- Глупый вопрос, - фыркнула я, намекая на то, что я целый день провела в подвале. Последовавшая реакция Меземира меня, мягко говоря, шокировала. Мы проезжали лес, и он вдруг резко повернул руль вправо, со скрипом останавливая автомобиль на обочине в опасной близости от ветхих стволов и небольшого обрыва.
- Надо уметь сдерживаться, Людмила, - с каменным лицом процедил Меземир, хотя грудь его беспорядочно вздымалась. Я от неожиданности вжалась всем телом в сиденье и бездумно кивнула. – Вайнона ведь могла и не обрадоваться твоему проклятию, а сломать тебе позвоночник на месте.
- Эта сумасшедшая мало того, что спровоцировала меня… - злобно зарычала я, - … она заслужила это! И даже больше!
- Не нам решать, кто и чего заслужил, - покачал головой Межа. – Никто и никогда не сможет ответить на этот извечный вопрос, но одно я знаю точно… - он в упор и со всей серьёзностью посмотрел на меня. – Ненависть, прежде всего, сжигает того, кто ненавидит, а не кого ненавидят, - я обиженно засопела, а Меземир устало вздохнул. – Не хотел я тебя мучить сегодня, но, видимо, время пришло. Возьми из бардачка бутерброд.
Я как голодный волк набросилась на хлеб с колбасой и сыром, не придавая особого значения словам Меземира по поводу «пришедшего для чего-то времени». Но еда закончилась как раз в тот момент, когда мы подъехали к хорошо знакомому мне дому. Дому, где, как я по несчастию знала, живёт Вячеслав Веточкин, случайно проклятый мною.
- Нет…
- Да! – как отрезал Меземир, отстёгивая ремень безопасности.
- Я же ещё не готова!
- Я помогу тебе, - с нажимом протянул дядя, разжимая мой невольно сжавшийся до хруста кулак. Руки у него были холодными, как у покойника, и я вздрогнула, заставляя его отпрянуть. На ватных ногах я всё-таки последовала за Меземиром, откуда-то узнавшим не только дом, но и номер квартиры, в которой проживал Звёздочка вместе со своей семьёй. К слову, нам без лишних слов, только лишь услышав имя Меземира, открыла дверь в подъезд и квартиру женщина с дрожащим несчастным голосом. Это была мать Вячеслава. Женщина, поспособствовавшая тому, что её сын превратился в ту ещё сволочь. В коридоре нас также встретил молчаливый отец семейства Веточкиных. Вид у него был жалким, и теперь мне стало понятно, откуда столь низменное желание доминировать над слабыми зародилось в Звёздочке.