Игоря Витальевича, похоже, подобная картина поразила не меньше, к тому же, он рассматривал её «из первых рядов». Он ахнул, и вжался в спинку стула, пытаясь отодвинуться от колдуна как можно дальше. В конце концов, не выдержав не мигающего пронзительного взгляда Меземира, Игорь зажмурился и, кажется, принялся читать молитву, однако никакого результата это не принесло. Меземир лишь хищно улыбнулся и выпрямился, отходя назад и заложив руки за спину.
- Я ведь предупреждал тебя, что тебе не стоит лезть по всё это! Твой племянник полностью здоров, что тебе ещё нужно, идиот?! – совершенно другим тоном вдруг зарычал Меземир. Ехидство и издёвка пропали из его голоса, оставив после себя только злость и искреннее непонимание.
- Я…
- Что? – нетерпеливо протянул Меземир.
- Я хочу, чтобы вы, нечисть проклятая, немедленно убрались из моего города! – осмелев от бездействия и более-менее спокойного тона дяди, крикнул следователь и вжал голову в плечи, ибо Меземир вновь склонился над ним, но, на этот раз, его лицо выражало гнев и желание прибить этого глупого человека.
- Людмила, выйди, - коротко и неоспоримо бросил дядя.
- А? Что? – погрузившись в размышления о странном поведении Меземира и следователя, я не сразу поняла, что обращаются ко мне.
- У твоей подруги всё ещё раны на коленях, иди и обработай их, - приказным тоном сказал Меземир, и я действительно не стала спорить с ним, но одарила взглядом, означающим, что я потом не отстану от него и выведаю всё, что нужно.
Уже перед тем, как прикрыть за собой люк, я услышала обрывок Меземира фразы: «…тебе мало того, что произошло в 94-м?»
Задержав свою ладонь на люке дольше положенного, я быстро одёрнула её и прижала к груди, тяжело дыша. От чего я вдруг выдохлась или разволновалась, трудно было сказать, но новые догадки атаковали меня с новой же силой. Если изначально у меня складывалось впечатление, что дядя и следователь знакомы просто из-за моей собственной паранойи и посвященности следователя в том, что магия существует, то сейчас можно было сказать, что все доказательства налицо.
- У вас там всё в порядке? – огорошила меня Вера своим вопросом, хотя говорила она довольно тихо. Видимо, я слишком глубоко ушла в себя.
- Да, просто взрослым надо переговорить, - я пожала плечами и чуть приподняла уголки губ.
- Да-а. Знаешь, не хочу показаться жестокой, но я даже не против того, чтобы твой дядя его немножко побил, - призналась Вера и нервно хихикнула. – Это же тот самый следователь, что допрашивал тебя в участке, да?.. К тому же он спокойно смотрел, как нас хотят побить, но когда ты стала обороняться, тут же выпрыгнул из кустов.
- Согласна, он не самая приятная личность, - я тяжело вздохнула и села на край дивана, сложив руки в замочек. – Но с некоторых пор я за то, чтобы по возможности решать всё мирным путём.
Вера понимающе кивнула и в знак сочувствия сжала мои скрепленные ладони своими.
- Ты не виновата в том, что случилось…
- Порою мне кажется совсем иное, - самоуничижительно произнесла я.
- Ну, так расскажи мне всё, а я уж выскажу своё мнение, - искорка хитрости промелькнула в её взгляде, и я, сдавшись, кратко поведала ей то, что знала о ведьмах и колдунах, а также о настоящей причине срочного приезда Вайноны, Всевиды и Меземира.
- А ты можешь просто отказаться от прохождения этого «ритуала»? – скривившись от одного упоминания того, что меня хотят заставить продать душу, поинтересовалась Вера. Ох, а ведь я ещё не рассказала ей о жертве, которую нужно принести. И, наверное, не буду, чтобы не пугать её ещё больше.
- Тех, кто отказывается, убивают или ещё чего хуже, - м-да, всё-таки я испугала её. Не надо было говорить про убийство.
- Звучит правдоподобно, учитывая повседневное поведение этих маньяков, - пробормотала Вера и боязливо вздрогнула, скривившись. Решив не терять времени, я стала обрабатывать её колени, вылечить которые оказалось гораздо сложнее, чем ладони, ибо раны были глубже и грязнее, и отвечать на последовавшие вопросы Веры.