- В семье друг друга не бросают, - без отвращения к ней, но с полным чувством правоты твёрдо сказала я. Мне уже было не страшно оттого, что эта женщина стояла рядом со мной и в любой момент могла нанести решающий удар. Страх ничего не изменит, а Вайнона и ей подобные уже проиграли, когда решили, что зло победит. Рано или поздно этот пир на костях кончится, и такие, как мы с Меземиром, восстанут против них. Главное, что мы положили этому начало и спасли Веру.
- Да? А я слышала: если любишь – отпусти, - кровожадно ухмыльнувшись, Вайнона посмотрела прямо Меземиру в глаза.
- Что?.. – не успела я ничего понять, как дядя кинул на меня обречённый взгляд и тепло улыбнулся, причём, лично мне, а не воспоминаниям о сестре или нашим общим успехам. А затем он… отпустил. – Меземир! Не-ет! – истошно закричала я и прыгнула вслед за скрывшимся во тьме дядей, но была схвачена за ногу Вайноной. Несмотря на мои сопротивления, она почти с лёгкостью притянула меня обратно и ударила затылком о камень. Но мне было плевать на физическую боль, когда её перекрывала душевная. И она требовала окончания потери близких мне людей.
Вайнона протянула ко мне руки, сковала заклинанием и стала качать из меня магию.
- Нет! – против воли закричала я. – Кто-нибудь! Помогите мне!.. – я хрипло закашлялась и с ужасом обнаружила, что ведьмы и колдуны – те, что остались живы – стали подниматься и со смесью гнева и злорадства на лице двигаться в мою сторону. Но тут произошло самое удивительное, самое невероятное из того, что мне довелось повидать в жизни.
Из-за моей спины вдруг полился яркий-яркий свет и ослепил всех, кроме меня. Этот свет сжигал тела нечистивых, оставляя лишь пепел да следы на земле, но Вайнона продолжала сопротивляться и скрываться за куполом из тёмной склизкой субстанции. Я боялась обернуться, хотя и догадывалась, что оказавшийся за моей спиной владелец этого чудодейственного света не желал мне зла, иначе бы уже воспользовался моей беспомощностью. И вместо ещё большей боли, он стал глушить прежнюю. Жаль только, что душевными переживаниями управляла лишь я сама…
Почувствовав прилив сил, я, пошатываясь, поднялась и, всё также не оборачиваясь, направила ладони на Вайнону и разрушила её купол белым пламенем. Его изменившийся цвет поразил меня, но времени на размышления не было, поэтому я решительно стала накапливать в руках негативную энергию, чтобы проклясть Вайнону, но меня остановила тёплая и крайне тяжёлая рука, лёгшая мне на левое плечо. Невольно полуобернувшись, я увидела лишь тот же белый яркий свет, почти прозрачную золотую руку и огромные крылья, чьи перья струились в разные стороны точно лучи солнца. Рука отпустила моё плечо и указала тонким длинным пальцем на Вайнону. Тётка ехидно ухмылялась и копила в руках самые тёмные чары, чтобы убить меня одним косым попаданием. Это привело меня в ярость, но я постаралась уничтожить в себе это чувство. Холодный ум – настоящий помощник в бою, а не пелена ненависти. Сила Вайноны была велика, раз она почти не боялась того, кто стоял за мной, но у меня было преимущество – свет.
Я собрала в кулак всю свою самую чистую энергию, вспомнила все свои самые светлые моменты в жизни, дорогих мне людей и направила этот пучок прямо тётке в сердце. Все её чары защиты рухнули, и её потянуло во врата в ад, но она, конечно же, продолжила сопротивляться и начала пытаться улететь отсюда, из-за чего завертелась вокруг портала, как на карусели. Я попыталась быстро попасть в неё ещё одним пучком света, но не смогла. Тогда, сосредоточившись, я вспомнила следящее заклинание Меземира и направила его за Вайноной. Очень скоро оно нашло ведьму и выстрелило ей в спину. Вайнона упала на камни лицом, и из её носа потекла чёрная вязкая жидкость. Я доковыляла до неё, дабы простым пинком отправить в ад, ибо сил на колдовство вообще не осталось, но Вайнона, умудрившись найти в себе крохи энергии, вцепилась в мои ноги со словами:
- Не стоит рано радоваться, овечка! Твои родители уже продали часть твоей души дьяволу, скоро он доберётся и до остальной, - я же выполнила свою задумку и отправила тётку туда, где ей самое место, тут же падая на колени и окончательно разбивая их. Не успела я подумать о том, как же я буду закрывать врата, проблема решилась сама собой.
- Ну, вот, - отдышавшись, горько хмыкнула я. – Всё и закончилось, - с громким всхлипом продолжила. – Меземир! – закрыв лицо испачканными в грязи, копоти и крови ладонями, я зарыдала. И вот я вновь почувствовала ладонь на моём плече, но та лишь заботливо погладила меня и вскоре исчезла вместе со своим хозяином.