Я, между прочим, так и работу в лавке мэтра Тонсирона нашла. Ему меня посоветовал один из парней Гроса, периодически забиравший в лавке заказы банды. Кстати, мой сменщик, который работал в те дни, когда я была выходная, тоже нашелся именно таким способом, правда, это было задолго до моего прихода, и я об этом случайно узнала.
– Вы хотите прямо? – Муно усмехнулся. – Что ж, мы люди в этом городе новые, поэтому нам бы не помешал собственный артефактор.
Врет – тут же поняла я. Люди новые, но Гроса знают, связи имеют. Выход на более опытных коллег тоже наверняка есть.
– Так что конкретно вы хотите предложить.
– Работу. Вы делаете артефакты по нашему списку, после этого мы вас отпускаем.
– Не пойдет, – покачала головой я. Он меня совсем за дурочку держит?
– Ну а чего хотите вы?
– Список обсудим, но работаю я у себя дома в своей лаборатории. По деньгам, та же такса, что у меня с Гросом – десять процентов от рыночной стоимости, – пока я это говорила, брови мужчины уехали на лоб. Такой наглости он, вероятно не ожидал. Но если кто-то считает, что я готова работать бесплатно, пусть подумает еще раз.
– Уже то, что вы выйдите отсюда…
– Сир Муно, – перебила я его.
– Муно, просто Муно, – поправил он. Впрочем, цель была прозрачна – напомнить, с кем я разговариваю.
– Хорошо, Муно, давайте серьезно, – я недобро усмехнулась, он согласно качнул головой. – Я выйду отсюда, выйду в любом случае. И вы не сможете меня остановить. Не перебивайте! – нахмурилась я. – Я выйду отсюда, и только от вас зависит, расстанемся мы добрыми друзьями или отсюда выйду только я.
– Хм… Я знал, что ведьмовской дар часто кружит голову. Но вы – это что-то! – он усмехнулся. – Вы очень переоцениваете свои силы, сира Горонтон.
– Неужели? А вы знаете, что у меня за дар? Прежде чем делать какие-то выводы, это неплохо было бы узнать.
– Над этим уже работают специалисты.
– И как успехи у этих специалистов? – усмехнувшись, спросила я.
Специалисты, ага. Нужен ему артефактор-недоучка, конечно!
Сейчас в моей камере наверняка работает парочка матерых артефакторов и, возможно, ведьмаков. Но ни те, ни другие ничего не найдут.
Но, кстати, если это так и он не блефует, то их тут больше, чем я ожидала. Это не просто десяток бандитов-гастролеров, а какая-то серьезная структура, ну или, по крайней мере, ее часть.
– Значит, думаете, они ничего не найдут? – задумчиво спросил мужчина.
– Вряд ли, – ответила я. Хотя, конечно, не исключала, что там найдется кто-то умный, кто просто догадается.
– А вы еще спрашиваете, зачем мне именно вы?
– Я свои условия озвучила.
– Хорошо, принимается, – неожиданно он сдал назад.
А я насторожилась, ожидая какой-нибудь подлянки. И тут же мои подозрения подтвердились.
– Как насчет этого? – мужчина что-то достал из кармана, а потом по комнате разлилась сила.
Очень, очень дорогой артефакт! Артефакт, блокирующий ведьмовской дар.
Нет, ну как блокирующий? Ведьмовской дар делился условно на три категории: малый, средний и высший. Малый – это мелкие дары типа усиливающих зелья по какому-то параметру или усиливающие какой-то орган, например, глаза. Тогда зрение становится острее, чем у орла. Они же самые распространенные.
Средние – это сложные, многосоставные дары. У Лидии как раз такой. Она может за счет своих органов чувств проявлять то, что другие не видят и не слышат, но это именно дар ей позволяет увидеть, а не как-то особенная раскачка этих органов. То есть усилить зрение или слух мало.
С высшими все гораздо сложнее. Это дары, действующие уже в другой системе координат, как бы за гранью сущего. Ведь нереально в нашей реальности мгновенно расщепить объект на отдельные запчасти и чтобы они не сломались, не испортились, остались в том же виде. Мой дар как бы проводит их сквозь ткань мироздания в целом виде и возвращает их обратно уже по отдельности.