Семинарист потер шею и нехотя ответил:
— Да я и сам про него толком не знаю. Слышал немного, и то давно. В общем, это вредный лесной дух. Так же, как и Леший, любит проказничать и шутить, людей по лесу водить. Крикнешь в лесу — со всех сторон тебе и аукнет. Он вроде как нарочно-то не вредит, а так подшучивает.
— Хороши шутки! — завелась сестра. — В болото завел. Как я теперь в мокром кроссовке буду ходить?
— Ну, чего разнылась? Разведем костер, высушим, — осадил одногруппницу Костя.
— Когда высушим? Провозимся до темна и что, тут ночевать будем? Чем ты вообще собрался огонь разводить? В лесу-то бревна не нашел, а на болоте враз найдешь!
Михаил помахал руками, привлекая внимание обоих:
— Опять ругаетесь. Это делу не поможет. Костя прав, огонь нужен. И Ника права, на болоте ночевать не следует. Давайте найдем для начала место, где можно палатку поставить. Потом костер разожжем.
Отойдя подальше от болотистой местности, ребята поставили палатку и насобирали веток. Костерок получился небольшим, как и в первый раз, но просушить намокшие вещи и поджарить грибы, что успел насобирать Михаил, пока за Аукой бегали, получилось.
— Темнее, — поежившись, произнесла Ника.
— Может, лягушек наловим? — предложил Костя и, видя скуксившееся лицо подруги, добавил: — А что французы лопают и ничего. Деликатес, между прочим!
— Ты по болоту будешь в потемках их ловить? — съязвила девушка.
И как в насмешку, раздалось первое кваканье.
— Ну вот. Теперь эту какофонию до утра слушать? — продолжала ворчать Ника.
— Зачем же ждать, когда окончательно стемнеет? Вот сейчас и наловим. Да, отец Михаил? — не удержался от стеба Костя.
— Дело говоришь, сын мой, — в тон ему ответил Миша.
— Клоуны, — буркнула девушка. — Делайте, что хотите, но я эту гадость жрать не буду.
Но парни, загоревшись идеей, отступать не хотели. Болото - штука опасная и нужны были длинный шесты. Пришлось, конечно, по-варварски обломать пару крепких сучьев с деревьев и зачистить мелкие веточки. Осторожно ступая и проверяя каждый шаг, ребята шли друг за другом след в след. Лягушки дразняще квакали со всех сторон. Костя потянулся к ближайшей квакушке и схватил ее, крепко зажав в кулаке.
— А что дальше? Она ведь живая!
— Не знаю, — выдохнул Миша. — Наверное, надо стукнуть. Но я не уверен, что смогу. Все-таки тварь Божья.
— Слабак, — грубо бросил юноша и шмякнул лягушку об землю. Та обмякла и повисла. — Держи, — бросил напарнику дохлую земноводную и потянулся за следующей.
Наловив дюжину, Костя притормозил с охотой на квакш и осмотрелся. Над болотом загорались крохотные огоньки, будто кто-то гирлянды из светлячков разбросал. И все это под аккомпанемент лягушачьего кваканья и стрекота сверчков.
— Красиво, — поделился впечатлением юноша.
— И опасно, — отрезвил студента Михаил. — Дорогу в темноте тяжелее искать будет.
— Ну, идем, — согласился Константин. — Этого вполне хватит. — и, шагнув в сторону семинариста, плавно погрузился по колено в жижу.
Глава 4 (4.2)
-4.2-
Миша мгновенно протянул свой шест парню:
— Хватайся!
Костя уцепился за палку, но равновесие не удержал, плюхнувшись на живот. И только в таком положении смог поочередно вытащить увязшие ноги. И уже ползком добрался до семинариста. С минуту оба сидели молча и только тяжело дышали.
— Ты как? — спросил Михаил.
— Можно матом? — задал встречный вопрос Константин. — Испугался. А так нормально. Правда, вымазался, как поросенок и ноги промочил.
— Главное жив.
— И то, верно. Дорогу-то к палатке найдем?
Миша осмотрелся и кивнул, хотя и не совсем уверенно:
— Должны. Вроде далеко не отходили.
Отдышавшись, парни поднялись и тронулись в обратный путь, прощупывая перед каждым шагом твердость земли. Болото вокруг оживало все больше. Булькающие звуки разбавляли кваканье и стрекот, заставляя вздрагивать от каждого лопающегося пузыря. А когда над топью раздался неприятный крик, похожий на рев быка, нервы сдали окончательно.