- Что-то мое сумасшествие затягивается, не находите? – обратилась она к своим шерстяным друзьям: «Только если Вы, мои хорошие, настолько поумнели, так найдите способ донести до меня, что вообще происходит. Иначе мне просто нет смысла жить дальше». Она отвернулась от них и стала аккуратно ложится на мягкий матрац, очень уж хотелось дать своему телу отдохнуть. Долгое лежание на жестких камнях, нехитрый перекус проросшим зерном и стресс давали о себе знать, навалилась усталость. Отвлек ее мокрый холодный нос, ткнувшийся в руку. Ульяна нехотя повернула голову, чтобы посмотреть на собаку, но у ее руки изворачивалось, толстое, поросшая гладкой белой щетиной, нечто, похожее на…опарыш. Оно тыкалось толи головой, то ли хвостом в ее руку. Пронзительный крик отразился от каменных стен. Миг, и Ульяна уже стоит на другой стороне лога, за ручьем, прижавшись спиной к отвесной стене и продолжает истошно орать. Наоравшис, Ульяна с гневом посмотрела на собаку.
- Ты! Ты ее притащила! Вот значит, как, я значит, о вас забочусь, переживаю, а вы вот как…, - кричала она на собаку, - решили меня скормить местному насекомому, - слезы уже бежали по ее щекам.
Бона подошла к лежанке, сцапала «опарыш» зубами, улеглась у входа в каменную нишу и стала со вкусом вгрызаться в это…мерзкое существо. Уля села там же, где стояла опустила ноги в воду и уткнув лицо в ладони горько заплакала. Рыдала она с чувством, размазывая сопли и слюни по щекам. Через некоторое время успокоилась, подставила под стекающую по стене воду руки, ополоснула. Набрала немного в ладошку холодной, голубоватой жидкости, ей очень хотелось верить, что это вода. Сделала несколько глотков, затем умылась, смывая не только слезы с лица, но и накопившуюся в душе тревогу, и очищая воспаленный мозг от дурных мыслей. Она поднялась и прошла к озерцу у корней дерева, стараясь не смотреть в сторону смакующей свою добычу собаки и странной козы. Опустилась у воды на колени, еще раз зачерпнула ладонями воду, умылась, взглянула на свое отражение.
- Ну вот, -вяло подумала она, - А ведь вроде успокоилась.
В голубоватой поверхности воды отражалось лицо молодой женщины.
-Лет на тридцать точно помолодела.
-Эй, вы что скажите, а…? - обратилась она к питомцам, по очереди переводя взгляд с одного животного на другого.
***
Те, в свою очередь, уставившись на нее с некоторым значением, молчали. Почему со значением? Да потому что взгляды у них были одинаково снисходительными, как будто на несмышленого ребенка смотрели, мол: "Нам бы твои проблемы, детка"
Ульяна еще немного посидела у воды, потом решительно поднялась.
- Значит так, будем налаживать контакт, кто бы вы там ни были. Я,- она тыкнула указательным пальцем себе в грудь, - спрашиваю у вас, то что меня интересует, а вы, - указательный палец указал в сторону животных, либо киваете, либо мотаете головой из стороны в сторону. Соответственно выражая согласие или не согласие, вобщем "да" или "нет". Андестенд? - С кем я говорю? - проговорила в конце своей проникновенной речи Ульяна, закатывая глаза.
Но не смотря на бесконечный стресс самочувствие стало лучше, энергии прибавилось, захотелось двигатся, обустроить все для себя: для удобства, для комфорта, для жизни, в конце концов.
Но первым делом...
- Помыться бы, да с мылом, шампунем...мыло то есть, но его так мало да и воду здесь портить не хочу, - она подошла к дереву и погладилу по коре, - не хочу тебе вредить, ты спас нас, спасибо тебе.
- Ну вот и как быть?
Вапрос был реторический, но её услышали. Бона потянула Улю за рукав в сторону выхода, между скалой и деревом. Уля с испугом уперлась, но сзади ее боднула рогатая головы.
- Всё, всё поняла, я сама пойду, - её отпустили.
Бона и Зайка выполняли все на совесть. Подсказывали, подталкивали. Оказывается в воду серебристого озера можно заходить, но с большой осторожностью. Всю процедуру собака и коза показали своим примером, зайдя в озеро, высоко задрав головы и вытянув шеи. Вода в их шерсти вспенилась, так они постояли минуту или две и вышли, отошли на приличное расстояние от Ульяны и друг от друга и хорошенько встряхнулись, пена слетавшая с шерсти пушистыми облачками с шипением уходила в песок.