-Э, нет, эти особенные, - задумчиво произнесла подруга. Вспомни Кольку с Юркой, как -то, ну как раз двенадцать лет тому назад здесь ночевали, рыбки наловили, уху сварили, болтали, да и заночевали, помнишь? Что-то твой братец больше даже носа к тебе не кажет. А помнишь какие они странные, да перепуганные были? То-то же! – Татьяна Ивановна подняла палец вверх.
- Да, помню, - нахмурилась Ульяна. Она как-то не задумывалась, что с той странной ночи прошло уже больше десяти лет. Точнее будет сказать с того странного утра, когда два взрослых мужика с ошалелыми лицами и каким-то ужасом в глазах пили горячий чай на кухне и молчали. После этого молча разошлись. На следующий день брат уехал к себе домой в близлежащий город, так и не проронив о случившемся ни слова. Друзья, да и сама Ульяна шутили, мол пить меньше надо. Но потом как-то все забылось. Николай, первая Татьянина любовь, кстати по этой самой любви подруга до сих пор тайком вздыхает, так вот друг Ульяниного брата тоже после того случая замкнулся и вскоре уехал куда-то на север, в поисках то ли заработка, то ли романтики.
Вобщем, как не крути, а что-то мистическое и тревожное в этих туманах однозначно есть. Ни сама Ульяна, ни подруги ее не испытывали судьбу и в логе на ночь не оставались, а может и когда задерживались, так видимо не в урочный час, так что однозначно, ничего такого не видели. А из тех, кто оставался, получалось, что просто мирно спали и ничего сверх естественного тоже не наблюдали, а может ничего такого и не было.
Подруги некоторое время помолчали. Ульяна дочистила маслята, прибрала стол. Вышла к реке, позвала козу. Следом за Зайкой, пришла и Нюрка у которой на шее виднелся широкий такой ошейник, точь в точь как и у кавказкой овчарки Боны, которая к слову сказать, хоть и не коза но всегда была рядом с этими двумя серыми врединами. Татьяна ухватила свою животину за ошейник и повела домой, махнула рукой Ульяне. Хозяйка же прикрыла калитку ведущую на реку, взяла чашку с очищенными маслятами оглянулась на свое хозяйство. Бона улеглась в нише прямо на каменистом полу, коза ушла к кустарникам, которые росли у ключа и тоже легла отдыхать, утки с гусями лежали спрятав клювы под крылья, кто на берегу, кто в воде и тихо переговаривались. А по видневшемуся за калиткой песчаному пологому берегу стелился пока еще сизый, и совсем еще не плотный туман. Как-то тревожно стало Уле, она быстро развернулась и пошла домой.
* * *
Небольшая компания подростков (Маша с друзьями) сидели на скамейке как раз под окнами кухни Вороновых и принюхивались к запаху жареной молодой картошечки с маслятами.
-Ууум, аж слюнки текут, - прикрыл глаза высокий нескладный мальчишка с рыжими вихрами, такими же рыжими длинющими ресницами и веснушками по всему лицу.
Машка обвела присутствующих хитрым взглядом, - «А пойдемте, тетя, наверняка, в большой сковороде на всю нашу компашку жарит. Там еще и огурчики малосольные есть, пошли?»
Уговаривать никого не пришлось, все дружно двинулись на вороновскую кухню.
- Ну вот, теть Уль, ну как ты узнала, что мы все заявимся? – удивленно воскликнула Маша, увидев накрытый стол. Сметанка, малосольные огурчики, картошечка с грибочками.
- А что тут знать? Вас очень даже хорошо слышно, кстати к Михайловым маленького внука привезли, ребенок поди уснуть не может от вашего громкого разговора, так что лучше на кухне болтайте да ешьте, а я окно закрою.
С этими словами тетя Уля направилась к окну.
-Ну что, в лог то собираетесь? – на ходу спросила она.
-Неее, - не переставая уплетать за обе щеки угощение, проговорил рыжий и вихрастый Данил. - Завтра собирались.
-Ну вот и отлично, значит завтра. Мы рано утром за ягодой пойдем, так что, Маш, не задерживайся. Всем приятного аппетита.
Ульяна пошла к выходу, нужно было в летний душ сходить, ополоснуться перед сном. Солнце уже окончательно скрылось за горизонт и на небе каким-то невероятным большим блином светила бледно желтая луна. Уля остановилась на крыльце, всматриваясь в даль, с крыльца всегда хорошо были видны и река, и противоположный берег, особенно при ясной ночи, когда луна, затмевает своим сияниям звезды. В эту ночь ничего не было видно, весь противоположный берег и реку скрывал белый плотный туман. Свет ночного светила отражался от его поверхности и казался что он тоже был окружен каким-то тусклым свечением. Уля полюбовалась картиной, дотянулась до выключателя, во дворе зажегся большой фонарь, освещая и крыльцо, и дорожку к бане, и старенький дощатый летний душ с черной бочкой на крыше. Свет от фонаря как будто выключил всю прекрасную картину, оставив лишь видимыми очертания одного сельского дворика с его клумбами и строениями. Женщина вздохнула и пошла совершать вечерние процедуры. Уже находясь в душе, Ульяна слышала, как расходилась молодежь, желая друг другу доброй ночи.