Первая здравая мысль, отразившаяся в сознании, это «Как-бы не свалится отсюда». И в этот момент её боднула рогатая голова. «Зайка!!!», взвизгнула Уля и уцепилась за камни еще сильнее.
Женщина, теперь недоуменно смотрела на свою козу, которая с невозмутимым видом пережёвывая огромный серо-зеленый лист, отчего-то мотая при этом головой, топала в направлении их «фазенды». Ничего еще не понимая, Уля перевела взгляд на Бону, которая легко поднималась к ней, по тянущимся вдоль отвесной стены уступам. «Ну надо-же», - только и смогла вымолвить женщина, и снова прижавшись к каменной стене стала заходить обратно, то ли в свой родной лог, то-ли в какую-то незнакомую ей пещеру. Надо было почувствовать себя в безопасности, чтобы, хоть как-то начать анализировать происходящее.
Глава 3.1 Другая реальность
На маленьком стареньком табурете, у такого же, видавшего виды, кухонного стола сидела худенькая женщина. На вид ей можно было дать чуть больше сорока лет. Рядом, постоянно что-то нюхая беспокойно двигалась собака, у входа в странную каменную нишу лежала коза, она положила голову себе на бок и дремала. Шел третий день прибывания Ульяны Васильевны и её питомцев в досих пор, не понятном месте и с непонятной целью. Женщина выглядела уставшей и опустошенной, она, не мигая, смотрела в одну точку перед собой, не замечая ничего вокруг себя, погруженная в свои невеселые мысли. Два предыдущих дня были насыщенны непонятными событиями и мозг, видимо, решил включить энергосберегающий режим.
Половина первого дня ушла на обследование территории. Уля посидела в тенечке своего родного убежища и потихоньку начала осматриваться. Она выяснила, что из «родного» в этом странном месте была только её ниша в каменной стене, со всем стареньким скарбом. Порадовалась за себя, что хоть что-то, но у нее есть. Вот и старенькая двухкомфорочная плита «Мечта» с духовкой, и чайник, и чашки, старенькая кастрюля и большой чугунный котел, в котором, кстати, осталась замоченная пшеница, которую Ульяна заливала водой каждый вечер, чтобы на следующий день варить свинкам. Пшеницы было много, почти ведро, но что с того варить её было все равно не на чем, так как откуда было бы взяться электричеству. Электропровода болтались как раз у входа, как будто их кто срезал чем-то острым. Уля даже уделила время разглядыванию оставшейся электрики, вздохнула и подумала, что первое время можно поесть и размоченную пшеницу, все же, какая – никакая еда. На самом деле запасы были. В эмалированном тазике лежали початки кукурузы в талаше, рядом со столом в старом дырявом ведре стояла картошка, мелочь, то же на корм скотине приготовленная, на каменном приступке, над столом, аккуратно разложены пакеты с пшеном, перловкой и мешочки с мукой и пшеницей. У Ули появилась надежда не умереть с голоду первое время, пока не поймет, что к чему. Ульяна изучала место, где оказалась, с особой тщательностью. Все почти так, как и было до всего этого кошмара, но только на первый взгляд, только на первый…на самом деле совершенно все по-другому. Они находились в каком-то огромном каменном колодце, вход сбоку в который на две трети перекрывал ствол громадного дерева, а крышей сверху служила серо-зеленая крона все того же дерева.
Женщина по-деловому подобрала с пола маленький камешек и его острым концом, прямо на стене над ее спальным местом провела черту сантиметров в пять, обозначая первый день своего прибывания в этом мире. Затем взяла чайник и двинулась вдоль каменной стены по тропинке, кстати тропинка, хоть и с некоторыми изменениями, в виде пробивающейся салатового цвета травы, осталась почти прежней. А вот никакой трубки и чаши из бетона для родника не было и в помине. Вода стекала прямо по отвесной каменной стене и падала маленьким водопадиком в ручей, который через пару метров становился небольшим озерцом, почти идеаль6ной полукруглой формы с одной стороны которого в воду спускались толстые корни дерева. Мелькнула мысль, а вдруг дерево хищное, бывают же хищные растения. Но Уля быстро осадила себя, не время паниковать и накручивать себя, нужно заняться делом, тогда и думать можно будет. С таким настроем она набрала воды, было странно видеть, как вода, как будто светится слабым синим светом. «Все от нервов», - подумала Уля, - уже зрение подводит. Нашла стеклянную банку снова пошла к стекающей по камню воде отмыла, набрала половину, уставилась на чистейшую, слабо сияющую воду в банке. Оглянулась на животных, Бона как раз отходила от воды облизывая мокрую морду.