Умерла баба Ксана после долгой, непонятной и продолжительной болезни. Несмотря на её возражения, дети привозили из города разных врачей, которые так и не сошлись во мнениях и не смогли точно определить диагноз. Что-то там говорили о какой-то разновидности нервной угнетённости и депрессии, но никто из близких так и не понял о чём речь. Только внук Обрезовых шестилетний Серёжка многозначительно смотрел на всех и говорил, мол, бабуля тоскует очень, потому что деда Мирона нет. Старик погиб, утонув в деревенском колодце, когда доставал сорвавшееся с цепи ведро. Аксинья тогда не проронила ни слова, ни слезинки на людях. Только тёмные деревенские ночи да подушка знали, что она переживала тогда. С каждым днём старая женщина угасала, силы её истаивали как огарок свечи. Она перестала вставать с постели, отказывалась от предлагаемой дочерьми еды, молчала и лишь изредка тяжело вздыхала, глядя на старое фото в рамке на стене, возле которой стояла её старинная железная кровать. Лишь внуку, очень сильно похожему на своего деда Мирона, она позволяла себя немного покормить. С ложечки, которую когда-то с войны принёс её муж, дошедший до Берлина в составе 8-й гвардейской Ровенской дивизии и вернувшийся домой с тяжёлыми ранениями и контузией, но не растерявший надежд на будущую счастливую семейную жизнь. Она съедала немного кашки, которой потчевал её внучек, а затем отворачивалась в сторону и подолгу глядела куда-то словно "сквозь" и приговаривала, мол, открыл крышку Миронушка то....
На похоронах была вся деревня. Все поминали Аксинью добрым словом, жалели осиротевших дочерей и сына. Много говорили, пили самогон, но к предложенной еде никто даже не притронулся. Старшей в доме теперь была Зоя. Организация похорон и поминальный обед обессилили её. Она, вдруг как-то опьянев, стала рассказывать, что перед смертью мать позвала её к себе и сказала, что должна дочери "передать". Но Зоя категорически отказалась и никакие уговоры и увещевания не смогли повлиять на её решение. Тогда баба Ксана, тяжело и громко вздохнув, выдавила из себя свою последнюю просьбу, обязательную к исполнению. Она потребовала, чтобы гроб с её телом вынесли из дома через крышу, а иначе худо будет. Всем.
Начался скандал. Клавдия кричала на свою старшую и непокорную сестру. Ведь та не покорилась последней воле матери. И теперь надо ждать беды. О способностях Аксиньи знали обе дочери и только они. Но Зоя всегда боялась этого и противилась всему, что может сделать её похожей на мать. Теперь сестры ругались и свидетелями этой ссоры стали все мы, присутствующие на поминках, но ступор, охвативший всех и сразу, не позволил никому из нас вмешаться и успокоить осиротевших женщин, которые в своём отчаянии произносили вслух такие вещи, о которых лучше бы никому не знать вовсе...Перед тем, как умереть, Аксинья вместе со своей тяжеленной железной кроватью взмыла вверх к потолочным балкам и обезумевшие от ужаса дочери несколько часов кряду не могли опустить её обратно на пол. При этом в доме стоял такой гул, что проснулись и мужья, и дети. А вся живность в усадьбе чуть не разнесла все ограждения, разбивая в кровь свои головы и пытаясь убежать...
Прошёл год. Один за другим стали погибать все мужчины этой, когда-то очень дружной и счастливой семьи. Сначала убили в пьяной драке старшего зятя Обрезовых. Затем умер от рака горла второй зять. Старший сын Зои пропал без вести. А сына Клавдии забили до смерти строители-молдаване, возмущенные его рэкетом. Мать три раза проходила мимо него, когда искала поздним вечером своего непутевого сына и не узнала. Младший сын Зои пока жив, но никогда не сможет завести семью и стать отцом....Вот так.
Друзья мои, всегда исполняйте последний наказ умирающих, даже если его сущность выходит за рамки обычности!
Конец