Противно чавкала глинистая земля, то и дело норовя уйти из-под ног.
— Далеко ещё? – ныла Марра. Говорила шёпотом: боялась спугнуть привидение или, того хуже, умертвие.
— Т-с-с! – Селена приложила палец к губам.
Марра тут же прикусила язык и испуганно огляделась по сторонам. И тут она заметила странный огонёк. Сначала она приняла его за фонарь сторожки, но потом убедилась, что ошиблась. Может, огонёк и вовсе привиделся: слишком быстро погас.
Замешкавшись, Марра чуть не потеряла из виду Селену. Поправив инструменты на плече, девушка кинулась догонять подругу и тут заметила метнувшуюся наперерез тень. Марра закричала, отшатнулась и, неуклюже взмахнув руками, упала. Да так неудачно, что ударилась головой о надгробную плиту и потеряла сознание. Инструменты с глухим звоном упали на Марру, добавив синяков.
Гворий в задумчивости склонился над девушкой. Принесло же в такую погоду! Клад искала, что ли? Иначе зачем кирка. Поморщившись, Гворий заметил вторую девицу, блуждавшую среди могил. Им тут мёдом намазано? А, похоже, вторая магиня – явно ставит защитное заклинание. Воздух чуть потрескивал: неумелая, неопытная. Такую магию легко развеять, Гворий тоже умел.
Плохо. Наверняка спугнули жертву. А ведь такой случай! Кладбище, дождь, ночь – идеальные декорации для смерти.
Гворий присел на корточки и дотронулся до сонной артерии Марры: дышит. Но крови много. Вот уж точно угораздило! Даже обидно. И оскорбительно для убийцы, когда жертва делает за него всю работу. Так бы избавился от свидетелей, а после отправил в мир иной графа Потеского.
— Эй, что вы делаете? – Селена, наконец, заметила отсутствие подруги, бросилась на поиски и, разумеется, увидела Гвория. – А ну-ка отпустите её! Я некромантка, сейчас скелет подниму!
Гворий проигнорировал угрозы: всё равно неопытная магиня никакого серьёзного вреда не причинит. Сплюнув ругательство, мужчина оглянулся по сторонам и принял решение. Бросив Марру лежать, где лежала, он вытащил кинжал и скользнул к Селене. Этому Гворий научился от дроу. Некромантка даже пикнуть не успела, как ощутила холодную сталь у горла. Но Гворий не собирался убивать, всего лишь оглушил и отволок за ближайшее надгробие. Девица всё равно ничего толком не разглядела. Что она видела? Только закутанную в плащ фигуру. Ни лица, ни даже телосложения. Пусть полиция допрашивает, даже магическое сканирование ничего не даст.
А вот и граф Потеский. Опаздывает.
Над кладбищенской дорожкой замерцал огонёк. Пригнувшись, Гворий пристально наблюдал за ним, а потом начал смещаться по дуге, к нужной могиле. Второй, сменный кинжал, беззвучно выскользнул из ножен.
Всё, что успел граф, — обернуться на шорох.
Тёплая кровь брызнула на могилу любовницы, которой чудаковатый граф раз в год приносил цветы. О привычках жертвы рассказала заказчица – супруга ныне покойного аристократа. Нет, её не смущала мёртвая соперница, всего лишь хотелось скорее овдоветь.
Гворий на всякий случай нанёс второй удар и, убедившись, что на кладбище больше никого нет, вернулся к Марре. Она всё ещё не пришла в себя. Вздохнув, Гворий убрал оружие и поднял девушку на руки. Её голова безвольно свешивалась, словно у тряпичной куклы. Что же с ней делать?
Мужчина не знал, что заставило взглянуть на лицо Марры, но это, определённо спасло ей жизнь. Гворий узнал это лицо сердечком – девушка, которую требовала устранить прошлая заказчица. Надобность в убийстве отпала, как только стало известно о расстроившейся свадьбе. Марра так и не узнала, как близко стояла от порога смерти. В рубашке родилась! И вот теперь снова ходит по лезвию ножа.
Пока Гворий думал, Марра открыла глаза и тоненько застонала. Мужчина не знал, почему не бросил девушку умирать под дождём. «Старею!» — подумал он, перекинув Марру через плечо, а вслух приказал молчать. Девушка не возражала: не в состоянии была звать на помощь.
Мужчина подошёл к Селене, чтобы проверить, не очнулась ли та. Нет, лежит. Дождь хлещет по щекам, забранные в хвост волосы превратились в сосульки. Неподалёку зияла свежая могила. Такой соблазн! Сбросить туда обеих, зарыть, и дело с концом. Гворий уже шагнул к зиявшей в земле дыре, когда Марра, догадавшись о его намерениях, взмолилась: «Пожалуйста!» По лицу текли смешанные с дождём слёзы.