Это была однокомнатная квартира в шестнадцатиэтажке возле Центрального автовокзала. В противовес бытовавшему мнению о художниках, в ней царил исключительный порядок. Вот только большое окно, во всю стену, было плотно завешено темными шторами. Возле окна стоял мольберт с незаконченной картиной. Включив торшер у дивана, свет которого лишь слегка разогнал темноту, и заметив удивление на лице девушки, Антон пояснил, что привык рисовать в полумраке, так проще сконцентрироваться, ни на что не отвлекаясь. Антон сварил отличный кофе, а к нему достал бутылку коньяка и рюмочки. Зажег толстую оплывшую свечу.
Интимная обстановка располагала к доверительному разговору, и Иванна немного рассказала о себе: родом из Кировоградской области, из небольшого райцентра, со второй попытки поступила в Киевский институт журналистики, пять лет скиталась по общежитиям, приобретя на них оскомину на всю жизнь. Окончив институт, приехала в Кировоград, начала работать в областной газете, но заскучала по столичной жизни и вскоре вернулась в Киев. Устроилась в бульварную газетенку, где работает уже третий год. Стоимость аренды жилья растет гораздо быстрее, чем зарплата, поэтому уже раз пять меняла съемную квартиру.
Когда бутылка коньяка опустела на треть, а паузы в разговоре стали продолжительнее и многозначительнее, неожиданно раздался звонок в дверь.
— Кто бы это мог быть? — удивился Антон.
— Наверное, кто-нибудь из прежних или нынешних почитательниц твоего художественного таланта, — немного язвительно предположила Иванна. — Или заказчик на картину, который не может потерпеть до утра.
— Сейчас увидим, — спокойно сказал Антон и пошел открывать.
Иванна услышала в коридоре шум, как ей показалось, женский голос и стала нервно собираться. В комнату вошел немного растерянный Антон и сообщил, что к нему приехала мама из Чернигова, а из-за его спины выглянула полная пожилая женщина.
— Здравствуйте, — пробормотала Иванна.
— Вечер добрый, — откликнулась женщина. У нее оказался хорошо поставленный голос. — Меня зовут Марина Александровна. А вас?
— Иванна.
— Хорошее имя. Извините, что не смогла заранее предупредить Антона о своем приезде и этим нарушила ваши планы.
— Нет, что вы… Я уже собиралась идти домой.
— Мама, Иванна журналистка, недавно была в Страхолесье, так в селе, оказывается, черт знает что творится. Полагают, что оборотень поблизости появился.
При этих словах женщина вздрогнула и бросила испуганный взгляд на сына, что не укрылось от Иванны. Но Марина Александровна тут же взяла себя в руки.
— Антон, не чертыхайся! Черта упомянешь — черта накличешь.
— Мама у меня учительница — знает ответ на любой вопрос. Я думаю, учительнице и журналистке есть о чем поговорить, пока я приготовлю чай.
— Спасибо, Антон, но мне и в самом деле пора. Твоя мама с дороги, наверное, хочет отдохнуть.
— Я не устала. Подвернулась оказия — районо дало машину, чтобы привезти оборудование для компьютерного класса, — вот на ней я и приехала. Меньше двух часов в дороге. Оставайтесь, Иванна, на чай.
— Спасибо, в следующий раз.
Иванна не понимала, что с ней творится. Разум твердил, что надо остаться, но она не могла этого сделать, ей хотелось покинуть квартиру Антона как можно быстрее.
Провожая ее до двери, Антон сказал:
— Извини, что так получилось. Мама обычно приезжает в последнюю субботу месяца, а тут случай подвернулся.
— Все нормально. Любит она тебя, вот и хочет повидаться. Прощай.
— До свидания.
На следующий день Иванну отправили в местную командировку — в психиатрическую больницу имени Павлова, прозванную в народе «дурдом». Записала со слов очевидца — санитара с сизым лицом алкоголика — историю об НЛО, которое он вчера видел в небе над больницей. Воображение у него работало — описал НЛО во всех подробностях, но когда стал рассказывать об иллюминаторах, через которые можно было рассмотреть зеленые лица инопланетян с фиолетовыми глазами, Иванна сказала, что этого достаточно, размер статьи не позволяет приводить дополнительные подробности. Санитар поинтересовался, где он сможет получить вознаграждение за столь ценную информацию. Иванна направила его к главному редактору, объяснив, что не уполномочена решать такие вопросы. Санитар почесал затылок и сказал, что согласен и на «малое», лишь бы никуда не ехать.