- Если вам нужен фотограф, то я занята, - заявила сухо.
- Простите за беспокойство, Злата, - мужик, на правах собственно мужчины, взял на себя всю ответственность. - Меня зовут Семёном, а это моя жена, Вероника. Понимаете, - продолжил торопливо: - у нас отпуск, время ограничено, всё распланировано, а фотограф заболел. Нам немного надо - хотя бы полдня уделите, а мы заплатим. Сколько?
Волшебное слово - деньги... Я поколебалась для вида. Во-первых, я на пенсии по инвалидности и профнепригодности. Верховная не поскупилась на командировочные, но я с некоторых пор стала человеком практичным. А во-вторых... не помешает развеяться и пообщаться с кем-то кроме своего "рудимента". С кем-то живым и настоящим.
- Сколько у вас времени? Мне нужно сделать свои дела. Скажите, когда уезжаете, и я подумаю, на какой день назначить съемку, - сообщила сурово и важно. - Но обрабатывать фотки не буду, некогда.
Да, я птица столичная, хоть и "краевая", и надо держать марку. А о том, что я третий раз в жизни возьму в руки фотоаппарат (и хорошо, если разберусь в этой современной модели), им знать необязательно. Как и о том, что обрабатывать фоторезультаты я просто-напросто не умею.
- Так десять дней мы еще тут! - тонко и радостно заявила Вероника. И посмотрела на мужа победно - дескать, вот видишь!
- Я предупрежу с вечера, - и, ставя точку: - Разрешите пройти?..
Они расступились. Я заперла дверь и невозмутимо направилась по утренним делам. Надо же, какой поворот... Но сначала все-таки комната ведьмы, город и призраки. Последние не давали покоя. Я вчера простояла на крыльце с полчаса и никого не видела. Либо здесь есть поток некротической энергии, тревожащий старые захоронения, либо открылся портал в мир мертвых, либо иллюзионист хулиганит - магически или научно обученный. Ведь в дома же духи не пробираются, иначе бы люди давным-давно разбежались. Да и ведьмы бы прознали. Или обереги есть, или это всё же хулиганство. А если реальность... Сначала проверяем воду - реку как главный источник тумана.
Рассеянно распланировав день, я вернулась в комнату. Руна уже ушла, и без ее тихого урчания в номере стало сыро, холодно и неуютно. Раздвинув шторы и полюбовавшись на сверкающе-снежное утро солнечной сибирской "осени", я разобрала чемодан, оделась потеплее и приличия ради, грызя крекеры, пошарилась в фотоаппарате. Режимы, вспышка, включение-выключение, видоискатель, а на экране - только меню. Интуитивное и понятное, если не лезть за всякими выдержками и диафрагмами. Работать можно. А делать вид, что работаю, - тем более.
Спрятав кошелек и папку с документами в чемодан и заговорив их от кражи, я сунула в карманы кофра мелкие деньги, на дно - амулеты и зелья в пробирочных флаконах, убрала под шапку волосы и отправилась за завтраком.
- Привет! - Анжела, сидящая в кресле, подняла голову от экрана телефона и одобрительно улыбнулась. - Завтракать? На плите омлет с сосисками и кофе.
Темные свитер и джинсы, высокие ботинки, черная шапка, надвинутая на лоб, и руки в кольцах-браслетах, по ее мнению, были образцом стиля. А я сразу подумала, что надо изучить людей и одеться, как все, дабы не выделяться из толпы.
- Я пока занята, - сообщила она, вынимая из уха наушник, - через полчаса бабулю кормить, врача жду и убираться надо. Давайте после обеда в город?
- Лады. А к ведьме в комнату я и сама схожу, - я многозначительно выложила на стол двести рублей.
Обойдемся без свидетелей. Им вообще повезло, что заговоренное всего лишь назад возвращается, а не цепляется пожизненным проклятьем.
- А бабушка чем болеет?
- Бронхит. Хронический. Как резко холодает, так она с постели не встает.
Я положила на тарелку омлет и искоса посмотрела на Анжелу. Внезапно захотелось отплатить добродушной девушке за хорошее отношение. Да, сдала постояльцам, но ведь хорошая. Искренняя, открытая. Таких нынче мало.
- Я действительно немного ведьма, - сказала осторожно. - Бабка моя и привораживала, и хворь насылала, и порчи снимала. В общем... я набралась от нее знаний. Хочешь, осмотрю твою бабулю и лекарство приготовлю?
Лечить людские болезни зельями нас учили еще в школе - на всякий случай. А раз и точный диагноз уже известен...
- Вечером, - согласилась Анжела сразу. - Или ночью. Когда она уснет. Бабуля не любит... шарлатанов всяких. Так она вас называет, - добавила извиняюще и с вызовом закончила: - А я верю в магию. Есть же призраки? Значит, должны быть и те, кто может их победить и прогнать.
Логично.
- Вот, ключ от комнаты возьмите. Седьмой номер.
Позавтракав и выпив кофе, я убрала посуду в посудомоечную машину, взяла ключ и поднялась наверх. И с минуту стояла у запертой двери, прислушиваясь к ощущениям, но услышала только Руну. Кошка приглашающе урчала из комнаты. Я перебрала браслеты, прислушиваясь к ритмичному "шкворчанию", и решительно толкнула дверь. И она распахнулась безо всяких ключей или щелчков замка.
Такая же обстановка, как и в моем номере. Кошка в кресле. На пыльных портьерах - ленты оберегов, паутина на потолке, в щель между штор робко заглядывал солнечный луч, и в его свете плясали мириады пылинок. И вещи повсюду.
Кошка умывалась, лежа в гнезде из платьев, юбок и чулок, на спинке стула обреталось несколько блузок, на полу у заправленной постели - разбросанные носки и тапки, а на покрывале - махровый халат, полотенца и шелковая ночная сорочка. На столе - разбросанные умывальные принадлежности и раскрытая косметичка. На полу у шкафа - потрепанный черный чемодан, покрытый пылью.
Такое ощущение, что ведьма выгребла все свои вещи, чтобы собраться в дорогу. И уехать из города.
Я обошла комнату, изучая детали. Шкаф пустовал, ящики комода - тоже, как и прикроватная тумбочка. Присев, я провела рукой над ковром, но мои амулеты смолчали. Ни тайников, никаких защитных заклятий... Неужели она полагалась только на собственную силу... и кошку? Я внимательно посмотрела на Руну, но та невозмутимо вылизывала светлое брюшко.
- Не поможешь? - спросила я на всякий случай. - Не подскажешь?
Кошка проигнорировала мои вопросы, занявшись мытьем мордочки. Встав, я внимательно изучила вещи. Так, по возрасту, в длинные платья и строгие юбки с блузками, одеваются те из нас, кому за семьдесят. И кто не "в полях" работает, а сидит в офисе. Или в архиве. Но вещи - больно дорогие и качественные для простого архивариуса или гадалки. Одна из "рук" Верховной или из Совета Круга?..
Присев на корточки у кресла, я перебрала подолы платьев. Одежда легкая - тонкий трикотаж, а Анжела сказала, что ведьма зимой приехала. Явно не сибирская. И ее довольно много - шесть платьев, семь юбок... Пропала через неделю, а приехала, кажется, на подольше. Отчего внезапно засобиралась, что нашла?..
И я снова подумала, работает ли здесь интернет. У меня есть удаленный доступ в архив, а в нем хранится информация не только по нашему округу, но и по соседним. И зацепки для определения личности есть. Вот только почему ее не хватились? Если бы хватились - если бы она была из той пропавшей восьмерки ведьм, о которой говорила Верховная, - ее вещи давно бы вывезли, да и кошку забрали. Загадка.
И, побродив по комнате, я обнаружила вторую. Ни техники, ни амулетов. Ни сотового, ни компьютера, ни дамской сумочки. Но с ними, допустим, ведьма ушла и пропала. А почему нет запасных амулетов и зелий? Мы все на допинге и при сопутствующей поддержке. Своя сила - хорошо, а запасная - еще лучше. И я не знала ни одной ведьмы, которая бы не пользовалась амулетами и не возила с собой килограммы защитной бижутерии и литры восстанавливающе-лечебных зелий. Но в косметичке - только собственно косметика. Странно.
Решив засим закончить с первичным осмотром, я сделала несколько снимков и ушла, притворив дверь. Если бы не кошка, я бы не поверила, что здесь жила ведьма. Кажется, обычная мистификация - "туристический объект" для антуража и развлечения постояльцев. А вещи для проверки я брать не стала. И так понятно - Руна. Ждет возвращения хозяйки и бережет каждую тряпку.