Я кричал, рвался назад, к телу — но что-то схватило меня. Не вниз. Не вверх. В никуда.
Тянуло резко, беспощадно.
Имя Есении было последним, что я успел выдохнуть.
Есения.
Сознание возвращалось рывками.
Всё кружилось — мир, я сама. Тело болело целиком. Дышать было мучительно: каждый вдох резал лёгкие, словно ножом.
Я не хотела возвращаться.
Там, в темноте, было хорошо. Спокойно. Там не существовало потерь и боли. Ничего. Блаженное, пустое ничто.
Память пришла не сразу — обрывками, рваными, страшными.
Яркой вспышкой, одна-единственная мысль, вонзившаяся в меня, как крюк:
Елисей.
Как он?
Жив ли?
Собрав остатки сил, я открыла глаза.
Елисей тянул из Святозара тьму.
А тот смеялся.
Рвано, захлёбываясь. Его смех поднимался всё выше, ломался, звенел, царапал слух.
На поляне больше никого не было. Только мы.
Я не узнала своего Елисея.
На его губах играла блаженная улыбка. Ему нравилось происходящее. Нравилось то, что он делал — что бы это ни было.
Между ними клубилась тьма — плотная, объёмная, живая. По её движению было ясно: она уходила в Елисея. Не просто текла — накатывала волнами, наполняя его, забирая всё больше.
Он принимал её с жадной благодатью.
Не ведая своего конца.
Святозар продолжал смеяться.
В моменте Елисей повернул голову.
На мгновение — всего на одно короткое мгновение — я увидела своего Елисея. Моего. Того, кого знала. Милого, живого, настоящего.
И этого мгновения хватило, чтобы сердце сжалось.
Но тьма не отпустила.
Она сомкнулась вокруг него снова, вырвала его у меня, утянула внутрь себя. Продолжила литься в него, петь, ласкаться, скользить под кожу, проникать в самую суть.
Я теряла его.
Во мне не осталось ни слов, ни мыслей. Только тупая, оглушающая пустота.
Конец ознаменовался вспышкой — такой яркой, что боль резанула глаза. Я зажмурилась, боясь ослепнуть.
Только пока мне не дали, тьма заговорила.
Голосом Елисея.
Со всех сторон сразу.
Моя.
Вся моя.
Всё заберу. Всё поглощу.
Смех Святозара исчез.
Открыв глаза, я тут же наткнулась взглядом на Елисея.
Он стоял всего в двух шагах. Медленно скользил по мне взглядом, будто разглядывал добычу. Белков не было — глаза утонули в черноте. Даже слёзы, катившиеся по щекам, были чёрными.
Тьмы в нём было столько, что она уже не помещалась внутри — переливалась наружу.
— Любовь моя… — произнёс он тихо. — Теперь навеки мы будем вместе.
Он склонил голову, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя
По-настоящему испугаться я не успела.
Фиолетовая вспышка — сухой хлопок, словно воздух разорвали. Елисей исчез, рассыпавшись тенью. А рядом уже стоял Святозар — с вытянутой рукой, сжатой в порошке того же фиолетового цвета.
Он оказался возле меня слишком быстро.
Одним движением разрезал путы на ногах, затем на руках. Сил не было совсем — я осела, но он поймал меня прежде, чем я упала.
Всё из-за него.
Всё — он.
— О да, — прошипел он мне на ухо, — вини меня. Потом. Когда ритуал закончится.
— Мы… не закончили? — удивление прозвучало глухо, почти безжизненно.
— Одевайся, — резко бросил он, опуская меня на землю.
Он кинул мне свой балахон и уже отворачивался, прислушиваясь, оглядываясь, будто ждал удара из темноты.
— Ты ведь врёшь, — сказала я неожиданно спокойно.
Святозар усмехнулся, не оборачиваясь:
— О, я многих обманывал.
Пауза.
— Но сейчас не время для игр. Ты же хочешь спасти его? — он повернулся, и взгляд стал острым. — Тогда шевелись и делай то, что я велю.
Во мне вспыхнуло желание послать его к чертям.
Сильно. Почти сладко.
Но клятва откликнулась — болезненным пульсом под кожей. Напоминанием: если есть хоть шанс помочь Елисею, я пойду на сделку. Хоть с тьмой. Хоть с ним.
Тем более боги…
Боги давно на нас махнули рукой.
— Видать, не дана мне помощь свыше, — хрипло сказала я. — Дай сил. Я не то что одеться — я встать не могу.
Я ожидала страха.
Но внутри была только ненависть.
Я устала бояться.
И самое мерзкое — я была ему нужна.
Он не успел ответить.
Тьма ударила и его отшвырнуло в сторону, словно тряпичную куклу. В следующий миг меня подхватили на руки .
Елисей.
Рывок — грубый, отчаянный. Он вцепился в меня и потянул прочь, сквозь хаос, через тени и огонь. Я даже не успела понять, куда — только почувствовала, как земля уходит из-под ног.
Но мы не успели.
Фиолетовый порошок вспыхнул в воздухе. Всё произошло слишком быстро — миг, вспышка, хлопок. Меня вырвало из его рук и швырнуло вниз.