Когда его пальцы коснулись груди, я замерла. На мгновение мир вокруг перестал существовать — только он, вода и густое, тяжёлое напряжение между нами. Сердце колотилось всё быстрее, дыхание стало прерывистым, тело реагировало на каждое движение, словно подчиняясь невидимой силе.
Рука скользнула ниже, удерживая меня, и я ощутила, как он аккуратно сжал мои бедра и ягодицы, прижимая меня к себе сильнее. Это движение было мгновенным, едва уловимым, но напряжение, которое оно создавало, делало момент ещё более всепоглощающим. Границы между нами растворялись: он был повсюду — в взгляде, в касаниях, в воздухе вокруг, в каждой волне воды, что обвивала наши тела.
Я пыталась собраться с мыслями, но внутри всё бурлило: страх, желание, напряжение — смешались в одно, и казалось, что сама вода, ночь и воздух стали проводниками его воли, захватывая меня целиком. Я уже не могла понять, где он, где я, и это чувство одержимости завораживало и пугало одновременно.
Внезапно, словно ледяная струя пронзила голову, я острожно отстранилась от этого наваждения. Сердце всё ещё бешено колотилось, тело отзывалось на каждое его движение, но разум шептал: «Стой, ещё чуть-чуть — и мы перейдём черту, которую не вернуть». Я мягко отодвинулась, коснувшись его руки, и тихо сказала:
— Подожди… не спеши.
Он прижался лбом к моему, и в его взгляде была удивительная смесь понимания и голодного притяжения. Он медленно вздохнул:
— Я тебя понимаю… Я подожду. Но не тяни сильно.
Мы оба замерли на мгновение, словно пытаясь выровнять дыхание и успокоить пульс. Потом, осторожно, почти робко, начали двигаться к берегу. Вода холодила тело, и с каждым шагом напряжение слегка сползало, уступая место осознанию.
Когда подошли к кромке воды, Елисей остановился и с лёгкой улыбкой, чуть пряча взгляд, сказал:
— Подожди меня здесь… мне нужно немного остыть.
И прежде чем я успела что-то сказать, он нырнул в воду, оставив меня на берегу. Внутри меня смешались облегчение, странное томительное ожидание и осознание того, что этот момент, это напряжение, ещё далеко не закончено.
Он нырнул, и вода за его спиной зашумела, оставив меня одну на берегу. Внезапно тишина стала слишком острой — и я почувствовала, что натворила. Сердце всё ещё билось бешено, внутри смешались желание и страх, и я поняла: сейчас не время, чтобы разбираться со всем этим. Осторожно надев платье, я медленно отступала от воды, бросая взгляды на реку, где Елисея всё ещё не было и побежала.
Деревня приближалась, и с каждым шагом напряжение внутри меня не утихало, но разум постепенно брал верх. «Лучше уйти… разобраться позже», — шептала я самой себе.
Подбегая к деревни, я всё ещё оглядывалась, ощущая тревожное предчувствие. И тут услышала тихие вздохи в кустах. Не знаю, что меня потянуло туда, но шаги сами понесли меня вперед. Я замерла, когда перед глазами возникла сцена, от которой сердце встало в горле: Святозар лежал, почти обнажённый, а сверху на нëм скакала Василиса, иступленная, бешеная.
Я стояла, глаза раскрыты, сердце билось так громко, что казалось, оно перекрывало все звуки. Смешанные чувства смятения, удивления и сильного смущения накрыли меня сразу, не оставляя возможности пошевелиться. В голове мелькнула мысль: «Может, вся ненависть Василисы была из-за того, что ей нравился Святозар…». И тут же воспоминание о себе с Елисеем прошибло меня насквозь. Словно щитом я закрыла глаза, глубоко вдохнула и решила уйти, делая вид, что ничего не видела. Благо кусты меня скрыли.
Я медленно прошла мимо, погрузившись в собственные мысли, стараясь не обращать внимания на происходящее, и вышла в деревню. Но едва я шагнула в её центр, как чьё-то присутствие внезапно остановило меня. Я подняла взгляд -прямо передо мной стоял Елисей.
Он смотрел на меня, и улыбка играла на его губах — странная, мистически притягательная, словно он мог читать мои мысли.
— Хм, решила от меня снова сбежать? — его голос был тихим, но в нём звучала уверенность. — Я же говорил тебе, больше этого не получится.
Я залилась краской, сердце забилось быстрее, и слова сами проскользнули из губ:
— Мне нужно было подумать… Я… Это всё непривычно… Как будто что-то не так…
Я подбирала слова, запиналась, словно мозг внезапно отключился. И всё же выдала:
— Пойдём домой?
Он протянул мне руку, спокойно и уверенно. Я вложила свою в его, и мы пошли. В его взгляде была такая нежность, что в груди застыло что-то лёгкое и дрожащие одновременно.