Задумалась, как бы половчее с царского двора сбежать пока царица с дочкой обнимаются, да и прозевала момент, когда меня царь заприметил.
— Даже не поздороваешься с отцом? — спокойно так спросил, но как-то разом шум стих.
Не ожидали бояре, что так просто царь свое родство признает. Спешилась, подошла ближе, не зная, что сказать. Неловко.
— Батюшка! — задорно закричала царевна и кинулась ему на шею обниматься.
— У меня самая лучшая сестра на свете! Почему раньше нас не познакомил? Я бы точно в гости к ней ездить стала бы, да жить иногда! Знаешь, как весело вместе путешествовать? Она столько всего знает. Я даже лешего видела! Представляешь? И русалку… только издали, страшные они какие-то. Если раньше была тишина, так теперь даже мухи замерли, ожидая реакции венценосных особ.
— Лиза! — ахнула царица. От восторга загорелись глаза братца. Ой, чую теперь мне воспитанием подрастающего мальца заниматься придется. Как говориться, сама напросилась. Лучше бы я с бабкой лечить осталась.
— Эта та самая?
— Ага! Ты себе не представляешь, что она сделала… — так и вися на отцовской шее, начала рассказывать царевна.
— Лизавета! — прикрикнула на сестрицу мать, а отец как-то по-доброму улыбнулся мне и предложил.
— Поговорим?
Кивнула. Разве ж отвертишься? Отец провел меня в ту самую горницу, где, помнится, мы с царицей разговаривали, только на трон садиться не стал, а устроился на лавке возле окна и мне приглашающе махнул. Мол, садись, чего там стоишь. Подошла и на самый краешек опустилась, словно опять бабушке экзамен сдавать приходится. Она меня так гоняла, думала никогда не смогу на все вопросы ответить…
— Как дорога?
— Отлично.
— Слышал ты чуть не умерла?
— Бывает.
Царь усмехнулся и ближе подвинулся, взял мою ладошку в свою.
— Ты на мать свою очень похожа… И от этих простых слов будто лед растаял.
— Разве что волосами, — усмехнулась в ответ.
— Не только… Я рад, что теперь нет нужды таиться. Сможем стать друзьями? Как думаешь?
— Почему нет. Я всегда мечтала об отце… только не думала, что он таким окажется.
В горницу зашла царевна с княгиней, а следом князь с Михеем, а я на постоялый двор засобиралась.
— Может, у нас поживешь? — с надеждой спросил отец. Помотала головой.
— Мне в Петушке привычнее, да и бабушка там ждать будет. Расстроился, но спорить не стал. Правильно, чужие мы. Пока.
— Ты останешься на свадьбу сестры?
Затравленно посмотрела на князя и заметила, что царевна такой же взгляд на Михея бросает. Забавная штука жизнь…
— Нет, у меня хозяйство бесхозное осталось. Нужно домой.
— Раз хозяйство… — отец как-то странно улыбнулся, но продолжать не стал.
Как и удерживать, просто на следующий день прислал гонца с копией родового дерева на котором и мое имя появилось. Да записку короткую велел передать: «Доченька, думал у тебя спросить хочешь ли царевной быть, да только судьба сама все решила. Наверное, раньше нужно было твою мать убедить, да я боялся ее расстроить. Не хотела она, чтобы люди на тебя косо смотрели. Потерпи до Яблоневого дня, тогда все хорошо будет».
О чем это он? Праздник через три недели. Нет так долго в столице я не продержусь. Вздохнула и снова перечитала записку. Признал-таки не только перед людьми, но и перед потомками дочь свою не законную.
— Ну и как тебе царевной быть? — заглядывая через плечо, поинтересовалась Забава.
Пожала плечами. А что собственно во мне изменилось? Уши отросли или хвост? Да и характер вряд ли поменяться успел.
— Не ценит она своего счастья, — громко рассмеялась сестрица и подхватив нас под руки, потащила красные сапожки мерить.
На празднике должны же мы красою своей щеголять? Три дня втроем: Забава, царевна и я, с утра до ночи носились по торговым рядам приданое собирая. Еремей хотел своих денег дать, да я заупрямилась. Неужто сестру свою названную не смогу прилично замуж отдать? И царевна меня поддержала, тайком от матушки притащила серебряную тарелочку и ложечку.
— Для будущего наследника, — заявила, вручая в руки зардевшейся Забаве. А потом еще и мешочек с золотом сунула, чтобы и сиротке нашей не стыдно было в семью новую входить.
— Себе почему преданное не выбираешь? — спросила у нее.
— Так собранно уже давно. Матушка каждый год что-нибудь покупает, на трех возах теперь не увезешь. Представила куда именно поедут три воза и погрустнела. Хлопоты хлопотами, а чем дальше, тем сильнее тоска на душу ложиться.