П рисев рядом со старушкой, та взяла меня за руку. Ее прикосновения были такими мягкими и теплыми, что невольно вспомнила почившую тетушку.
— Сынок мой единственный болеет. Не знаю, как и быть. Приноровился в лес бегать и пакостить. То мышиного яда украдет, то ножи из дома утащит. Обострение! — бабуля тяжело вздохнула, — Слышала, тебя ведьмой кличут. Может, подсобишь старушке?
— На самом деле, я сюда пришла только ради этого, — тепло улыбнулась, старушкины глаза загорелись надеждой, — Где больной, показывай.
— Там милок мой. Мужики вчера помогли связать. Буйствовал сильно.
Помогла подняться бабуле и зайти в избу. Внутри было страшнее, чем снаружи. Побелка сыпалась с потолка, деревянный пол дышал на ладанку, а про печь я вообще молчу. В передней избе, к трубе для протопки дома, связанный в четыре веревки, сидел парень чуть старше меня. Выглядел он не очень. Грязные русые волосы висели как сосульки, глаза раскосые, видимо по-этому кличут Косым. На лице выражалась усталость. Видно, на время его отпустило. Это хорошо. Успокаивать не придется.
— Начнем. Можно попросить принести ковшик водицы? — обратилась к бабуле, та недолго думая, принесла мне его, пока зажигались свечи.
Обряд проходил слишком долго. Я очень много энергии вложила в его выздоровление. Бедный парень. Его в прямом смысле передергивало. Благо, веревки держали туго. Я зачитала с десяток заклинаний, сожгла много свечей, окуривала определенными травами больного. Остался один рывок и все. Внезапно, в избу влетели старые знакомые «курицы» и стали наглым образом галдеть. Бабка на них цикнула, все резко замолчали, но продолжили смотреть за моими действиями. Говорить о том, что мешали их взгляды и перешептывания между собой- это ничего не сказать. Меня это бесило! Я повернулась к ним и злобно прорычала:
— Услышу хоть еще один шепот-навсегда немыми останетесь!
Видно, мой «добрый» взгляд их немного испугал, они заткнулись. Я продолжила. Осталось прочитать одно заклинание и принести дар Богине. С этим управилась быстро. Достав из узелка бутылочку с ладонь, капнула в кружку пару капель настоя и разбавила водой:
— Даете лекарство два раза в день перед едой. Я убрала болезнь насовсем, оно поможет нервные клетки восстановить.
Бабушка кивнула и стала поить сыночка. Тот пил снадобье и глядел на нас уже нормальными глазами.
— Спасибо, тебе, — она поставила кружку на стол и обняла меня, — Теперь и умирать не страшно. Здоров мой сынок!
— Зря о смерти говоришь. Тебе еще рано. Внуков еще увидишь. — я обернулась к Сашке, — А ты гляди у меня. Не обижай матушку свою. Дом отремонтируй. Займись делами в конце концов. Нечего портки протирать. Приду- проверю. И не дай тебе, Богиня, если я увижу такой же бардак!
Бедняга кивнул. Я поняла, что работа выполнена успешно. Пора и честь знать. Бабуля пыталась угостить всякими вкусностями, но сила воли ответила «НЕТ». Выйдя из избы, не оставалось ничего кроме как идти восвояси. Волчонка по близости не наблюдалось, видимо, с ребятишками купаться убежал. Ну и ладно! Пусть погуляет, пока возраст позволяет, да и погода разгулялась, вот как солнышко стало припекать.
По спине что-то ударило. Сначала подумала, что показалось. Потом удар повторился. Я обернулась. За мной след в след шли «местные красавицы» и кидали в меня камни.
— Ну что, ведьма, час расплаты близок! — со мной говорила старая знакомая Глаша, — Ты не помогла мне. Приготовься, будет больно.
Она подняла пару камней и кинула в меня. Они попали в цель. Я терпеливо слушала «деваху». Интересно, она долго будет угрожать так нелепо?
— Если ты не приворожишь мне Ваську, то я…то я.
Она запнулась, но ее подруга, которую сразу не заметила за своей спиной, продолжила ее слова действием. На меня вылили ведро с помоями. Шелуха от лука прилипла к волосам, на носу остались какие-то крошки. Ах так! Сами напросились! Я была в гневе. Глаза загорелись огнем, руки сами сплели заклинание. Прошла доля секунды и на лицах «красавиц», появились большие язвы с волдырями. Они смеялись над моим видом, пока не взглянули друг на друга. Минутное молчание…страх…писки…визги…одна даже в обморок упала. Теперь уже смеялась я. Во весь голос. Как подобает злой ведьме. На крики сбежалась добрая половина деревни. Мужики смеялись вместе со мной, женщины охали:
— Смотрите, что ведьма с ними сделала!
— Да по делам этим дурам! Смотри как они ее окатили.
— Ведьма! Сжечь ее надо! От нее одни беды.