Кисточки Ксении профессионально выплясывали свои танцы на моем лице. Наносились княжеские румяна, потом эти, как их там, вроде тени на глаза. С каждым мазком по холсту(оговорилась, по моей моське), художница менялась в лице и восхищалась: «Какая же ты красавица!». Блин, она точно смеется надо мной! Как можно выглядеть красиво с таким количеством гадости на лице? Тем более, к таким комплиментам, мир меня не учил, надо же заранее предупреждать! К страхолюдинке, простушке, ведьме и подобным словам привыкаешь как к факту, а тут…эх, где моя не пропадала?!
После разукрашивания губ, настало время одевания платья. Как и малювание, не люблю и этот предмет гардероба. По мне, так душевней брючные костюмы. Тетушка, еще при жизни долго со мной по этому поводу бадалась, потом плюнула три раза через левое плечо, витиевато выругалась и закончила: «Не хай, носи чё хошь, потом не ной по судьбинушке своей одинокой». В целом, я и не ною, мне и вдвоем с Ромкой неплохо.
Все это время, про себя читала мантру: «Это только на один день, потерпи». Конечно, это не успокаивало, но отвлекало от всего процесса преображения. Ксения нацепила на меня пышную нижнюю юбку, а потом синее корсетное платье. Тонкий шелк переплетался между собой на верхней части, создавая оригинальную драпировку. Серебристые бусины смахивали на капельки дождя. Зашнуровав корсет, отступили. На удивление, платье было невесомым, я не чувствовала его тяжести. Через пару мгновений, служанки поставили передо мной серебристые туфли на маленьком квадратном каблучке. Думаю, неудобств обувь не доставит.
После завершения своей работы, моя помощница стояла и смотрела на меня как на произведение искусства, изредка смахивая накатившую слезу.
— Какая же ты красивая! Платье так идет тебе. Талия тоненькая-тоненькая, глазки светятся! Наш князь очумеет от такой красоты!
— Засмущала, спасибо, — уверена, под слоем краски, сейчас я была похожа на помидорку.
Пред мои ясны очи поставили большое зеркало. Девушку, которую увидела перед собой, не похожа на ту Милену, какая была в Карпатах. Совершенно другая: глаза блестят, нежная улыбка на фарфоровом лице, волосы идеально уложены. Про платье вообще молчу! Ксения оказалась права- оно мне безумно шло. Подошла поближе к отражению и взглянула на макияж. Выполнен аккуратно, нарисовали легкий румянец, подвели глаза тонкими стрелками, губы подкрасили слегка розоватым отливом- не броско и с лоском! А что? Мне понравилось.
На пороге моих покоев появились двое мужчин в шикарных черных фраках и белых рубашках. Наверно, не сложно догадаться, кто пришел, да? Оба, пристальными взглядами смотрели на новую меня. Советник очнулся первым. Подойдя ближе, склонил голову и мягко улыбнулся:
— Вы прекрасна, миледи, — затем прильнул губами к запястью.
Екарный бабай! Нет, это даже не это выражение! Блин, да я просто в шоке. Впервые за все время пребывания в замке, мне сделали комплимент.
Когда мы остались нашей дружной троицей наедине, князь подошел поближе. По его взгляду нельзя было понять собственно ничего. Он молчал.
В комнату забежал Ромка, так же наряженный, как и остальные мужчины. При виде меня, он рассыпался комплиментами. Улыбнувшись, поблагодарила мальчика за столь прекрасные слова. Потом все замолчали и я снова взглянула на Виктора, который по прежнему стоял позади всех. Он по прежнему не сводил с меня глаз. Не выдержав этого молчания, нарушила тишину:
— Жениху нравится задумка всего этого образа? — театрально присела в реверансе, мужчина кисло усмехнулся.
— Пойдет, хотя думал, будешь выглядеть намного лучше, — сделал паузу, но вскоре продолжил. — Что с тебя взять? Простотой прет издалека.
На самом деле, не ожидала такого ответа. Как обухом по голове. Теперь не чувствовала себя такой красивой, как минут десять назад…чучело огородное…Еще пара таких комплиментов и изображать невесту будет сам. Причем в этом платье и боевом раскрасе. Хотелось бы на это взглянуть.
Пока строила в голове планы возмездия и представляла своего спутника в женском платье, князь раздал указания Ромке и Йену. Незаметно мы остались наедине. Только сейчас увидела в его руках две коробочки.