— Прости, Милена. Мы обещали помочь в поиске гнома, а про не трогать твоих друзей не было и речи. Так что они наши, — в голосе Евы звучали хитрые нотки, она протянула к мужчинам свои руки.
Как по сигналу, они оба повернулись лицом к озеру. Их глаза были абсолютно пустыми и ничего не выражали. Потом медленными шагами двинулись навстречу русалочьим объятьям.
Меня охватила паника. Как их остановить? Ни князь, ни советник не отзывались на мои обращения к ним. Гипноз настолько сильно подействовал на мужской разум, что пробиться к ним очень сложно. Озеро становится все ближе и ближе. Нужно предпринять решительные действия.
Побежав навстречу Виктору, преградила ему дальнейшую дорогу вперед. Его бесцветные стеклянные глаза медленно опустились на меня. Стало страшно от такого леденящего взгляда. Как бы он ко мне не относился- никогда не видела такого холода в глазах, даже в озноб немного кинуло. Я ласково положила ему руки на грудь и тихо попросила не ходить туда. На самом деле не думала, что это сработает, но он перестал предпринимать попытки движения вперед.
Через мгновение ощутила себя в западне. Стало тяжело дышать, словно железные оковы, руки Виктора обхватили мою талию, чуть ли не ломая своим захватом ребра. Резкая боль накрыла все тело. Чтобы не закричать, закрыла глаза и посчитала до пяти. Когда снова взглянула на мир, на меня все так же смотрел пустой взгляд князя. Что произошло дальше, объяснить не в силах.
Жгучий поцелуй охватил губы. Он был желанным и восхитительным. Я мгновенно ответила взаимностью. Сердце переполнялось нежностью и лаской к человеку, целующего так настойчиво мои губы. Не хотелось, чтобы этот сладкий миг заканчивался.
Через пару секунд, мы оторвались друг от друга. Его глаза стали прежними. Теперь эти голубые-голубые, как летнее небо, глаза, смотрели на меня с нежностью и любовью. Руки аккуратно расслабили захват и уже ласково прижимали к себе. Стало легче дышать. Когда пришла в себя, быстро отстранилась от него. Нельзя забывать о зачарованном Йене!
В этот момент подумала: раз с князем так удачно получилось, может и с ним такое прокатит?
Тем временем, Йен снимал верх дорожного костюма и готовился погрузиться в воду. Обе русалки жалобно звали его к себе.
Я быстро очутилась рядом с ним и попыталась остановить от огромной ошибки. В этот раз ничего не произошло- меня просто не замечали перед собой. В порыве отчаяния, схватила его за руку и потянула на себя. Наконец, взгляд советника упал на меня. Если бы в тот момент только знала, чем все это дело кончится- ни коем случае не полетела на это проклятое озеро, однозначно!
Глаза загипнотизированного советника налились кровью. Дикий звериный взгляд пугал, невольно отступила на шаг. Буквально за долю секунды, мужчину постигла ужасная деформация. Нос перестал быть носом и превратился в огромный клюв, руки стали широкими крыльями, ноги (можно уже догадаться) в птичьи лапы. Мое подсознание отказывалось принимать это преображение как реальность. Меня будто забросили пинком под зад в страшную сказку с ужасным концом, где на месте доблестного рыцаря на белом коне, рассекает железный человек на черном гладкочешуйчатом драконе и распевает неприличные песенки во всю глотку.
Я впала в ступор, конечности налились свинцом и не подчинялись дальнейшим приказам двигаться.
С учетом больших знаний об оборотнях (если вспомнить, я с одним из них живу), никогда не знала о такой разновидности. Медведи, волки- да, но вот птицы…фениксы…
При взмахе широких ярко-огненных крыльев, длинные мощные птичьи лапы двинулись на меня. Еще чуть-чуть и его когти раздерут мою тушку на лоскутки…
Рывком, окаменевшую рыжую ведьму повалили на землю. Уже полностью поменявший свою ипостась советник, поцарапал плечо Виктору, который спас меня.
Растревоженный и злой феникс рванул в небо и скрылся за проплывающими облаками. Русалки испугались не меньше моего и тоже спрятались в глубины родного озера. Я по прежнему лежала с отреченным лицом, не обращая внимания на внешние раздражительные факторы. Виктор что-то кричал мне, но я не слышала. Потом он поднял мою светлость с земли и заглянул в замутненные глаза, прижав лицо в своих ладонях. И тут ступор пропал, начался второй акт- истерика. Я вцепилась в него, в страхе потерять этот теплый и укромный уголок. Он молча прижал меня к себе и гладил по макушке. Скажу честно, мне никогда не было так страшно, как сегодня.