— Милен, я очень хочу, чтобы мы стали подругами. Кстати, давно заметила, твои дорожные костюмы совсем потрепались.
С грустью взглянула на костюмчики, аккуратно сложенные на свободном стуле. Согласна. Они оба не первой свежести, перештопанные нитками, местами потертые и выцветшие. Увы, денег на новые, нет! Обойдусь этими, не замуж же выходить! И так сойдет.
— У меня есть для тебя маленький подарок. Пошли ко мне в покои.
Делать нечего. Она взяла меня за руку и потянула по коридору. Ее спальня находилась почти напротив покоев князя. Мы вошли.
В нос сразу ударил запах корицы. Девушка очень любит этот аромат, поэтому несколько палочек этой пряности лежали в нескольких местах комнаты. На маленьком квадратном столе стояла ваза с цветами, рядом с ней три толстых зажженных свечи. Комната наполнялась мягким теплым светом, давая предметам новые очертания. Невооруженным взглядом видно, ее покои в разы больше моих. Помимо двери в уборную, была еще гардеробная. Наверно, это мечта любой девочки(девушки, ну и женщины), но точно не моя. Мне вполне хватает своих предложенных, на время, апартаментов. Кровать у нее была такая же большая, над которой висел очень легкий балдахин, украшенный разноцветными бабочками. Все остальное разглядеть не успела, меня отвлекла хозяйка покоев, показывая свою гардеробную. Если бы не знала, где сейчас нахожусь, подумала, что очутилась в какой-то волшебной лавке, в которой продают много красивых одежд.
Через пару минут, моя собеседница протянула аккуратно свернутую плотную ткать коричневого цвета и заставила мерить. После неудачных уговоров и попыток отдать вещь хозяйке, все таки одела ее на себя. Это оказался шикарный дорожный костюм, сшитый из льняного полотна. Я с большим интересом уставилась в зеркало. По-моему, село отлично! Хороший, благородный коричневый цвет подходил к моему медному оттенку волос. Одежда не сковывала движения, можно спокойно пойти в рукопашную. В общем, осталась очень довольна таким подарком. Верея же, задумчиво оглядела меня со всех сторон, поморщила носик и принесла кожаный корсет под грудь. Потом молча надела его мне прямо на костюм. Снова осмотрела получившийся образ и довольная собой, развернула меня к зеркалу. Она права, корсет гармонично дополнил образ.
— Он твой. Мне такие вещи ни к чему, тебе нужнее.
— Спасибо, не ожидала такого подарка, — мне было неловко, поэтому быстренько переодевшись в свои старые одежды, поспешила откланяться, — Уже поздно, пора спать.
— Уже? — по интонации было слышно, она расстроилась, — Я хотела с тобой посидеть поболтать, — затем быстро достала из-под кровати большую бутыль, — Давай выпьем по примирительному бокалу клубничного эля?
Как вы наверно понимаете, девушка отказов не приняла. Повторюсь, я почти не пью. Бывает, конечно, но очень редко- может унести в царство фантазий от одного только запаха слишком крепленого напитка. А тут эль!
На самом деле, пьется он очень легко, никакого горьковатого вкуса. Мягкий, не слишком притерный вкус клубники. Верея заранее принесла два серебряных кубка, поэтому мы распивали этот благородный напиток прямо из них.
После первого выпитого, пошел второй. Мы даже не заметили, как опустела бутыль. Хозяйственная подружка быстренько сбегала за второй и застолье продолжилось. На седьмом кубке, начались очень личные темы. Естественно, эль развязал мой язык, вынудив рассказать ей про Виктора. Девушка улыбалась во все свои белоснежные зубы и совершенно искренне желала, чтобы мы с ее братом были вместе. Она отлично знала, что он любит меня и хочет быть со мной. Конечно, на пьяные уши ведьмы обычно можно вешать много лапши, особенно на мои. Сначала я не поверила ее словам, но Верея предупредила, что скоро докажет это. Ну и флаг ей в руки, дело хозяйское!
Когда легкий клубничный эль полностью затуманил рассудок, я решила пойти баиньки. Собутыльница предложила остаться на ночь у нее, но моя светлость была непреклонна и желала видеть цветные сны в своих покоях. Тогда она предложила проводить меня до дверей моей спальни. Мы вышли в коридор под ручку. Все. Темнота.
Спалось мягко и сладко. Кто-то ласково гладил теплыми пальцами по спине, вырисовывая на ней замысловатые узоры. От наслаждения хотелось замурлыкать как кошка. Голова лежала на чем-то теплом, руки что-то(или кого-то) обнимали, ощущения от этого были умиротворенными и нежными, будто все это так и должно быть. Осторожно открыла глаза.
Злая реальность накрыла медным тазиком по болючей голове и выстукивала по ней ритмичную мелодию. Ух-х, елки зеленые, как же бошка болит!