— Идёт.
— Чтоб ни с кем и никуда, Вась! Даже если будут просто подышать воздушком звать.
— Да кто там на меня позарится.
— Ой, чувствую вечер перестаёт быть томным, — ворчит Тимофей, заводя мотор и выруливая на дорогу к “Костям”. — Что ж вас, таких особенных, на наши головы всё посылает и посылает. Не тех Лихом прозвали, честное слово!
— Как старый дед бухтишь, — поддела я, — можно музыку погромче сделать? — киваю на радио.
— Валяй.
Повысив громкость, я счастливо улыбнулась себе в отражение. Главное, чтобы Ян пришёл. Я точно ему понравлюсь. Мы поговорим и помиримся, я узнаю его номер телефона и где он живёт и вообще… пожалуй, он первый мужчина, о котором я хотела бы узнать что-то большее.
“Кости” — это искушение на грани дозволенного или особая реальность между добром и злом? Приблизительно такие мысли блуждали в голове, пока Тим вёл меня через человеческую часть портала, рассказывая где и что находится. Портал, дозорная, таможня, назвать можно как угодно. С одной стороны “Костей” находится тот самый Навий лес с его обитателями, к которым и я, оказывается, отношусь. С другой — явь, где живут люди.
— И что же, — шепчу Тиму на ухо, — никто не знает, что вот это — волколак? — киваю на молодого, красивого парня, что как раз стоял у ресепшена и проходил процедуру заселения. Чудно, но я могу различить практически всех. Как будто вижу посетителей усадьбы каким-то особым, магическим зрением.
— Почему? Некоторые прекрасно осведомлены, кем может оказаться сосед по гамаку у бассейна или вот как сейчас, — Лихо кивает на столики у окна милого итальянского ресторана, который мы как раз проходим. Там, склонившись над какими-то бумагами, сидят два дельца. Один из них определённо человек, а второй… — упырь, — подсказывает Лиходеев.
— Вампир? — ахаю я, и тут же получаю пронзительный взгляд как будто бы фиолетовых глаз. Настолько необычно и… гипнотизирующее, что я на несколько долгих минут подвисаю, всматриваясь ответно.
— Кроме острого зрения у них ещё и отменный слух, Вася, — пробуждая от странного морока, ржёт Тимофей. — В Навьем их братию не жалуют и вход в лес им заказан. Нарушители строго караются. Поэтому, чтобы не терять магическую силу, они всегда где-то рядом, около силы и Мирового Древа.
— Почему не жалуют? — мы подошли к внушительной двери, сплошь испещрённой рунами. По бокам от неё стояло два богатыря! Ну правда! Вот как всамделишные Алёша Попович и Добрыня Никитич.
— Лёха, девочка со мной, — обменявшись крепкими рукопожатием, выдал Тим под мой открытый в удивлении рот.
И правда, что ли, богатыри?
— Они самые, — видимо, я произнесла это вслух, раз он ответил. Сразу за магической дверью-границей, коридоры враз стали темнее, а на их стенах, как будто бы сама тьма была живой, следуя за нами по пятам. — А упырей не жалуют, потому что они мертвы. Их сердце не бьётся, Вася, это противоестественно. Лес-живой и все, кто там обитают так же. Да, мы можем жить дольше, чем люди. Вот, Кир, он хоть и Кощей, но у него есть смерть, сечёшь? А упыри, они созданы против всех законов природы… — Тимофей поморщился, — хотя довольно много прикольных ребят в своё время обратили, я с некоторыми корешусь, но только здесь в “Костях” или в городе. Вот там их — тьма.
— Но они не опасны?
— Ещё как опасны. За границей "Костей" не действуют никакие договорённости. А здесь, каждый из их кровососущей братии, переступив порог усадьбы, автоматически даёт согласие на “голову с плеч” в случае несанкционированного укуса. У них есть свой лаундж, есть специально подготовленные люди, готовые делиться кровью, они за это, между прочим, получают очень хорошие деньги. Так что, Вася, все упыри, кто захаживает в “Кости” нормальные ребята.
— Даже звучит странно… А кто же узнает, укусил кто кого или нет?
— Так, для этого у нас есть Светка и его система охраны. И это не только богатыри по углам. У Горынева везде есть свои уши.
При упоминании Горыныча засосало под ложечкой от страха, уж больно наглядной была демонстрация его… особенностей. Видимо, что-то такое отразилось на моём лице, что Тим сильнее сжал мои пальцы, успокаивая:
— Я же говорил, в “Костях” Светка покладист и исключительно учтив. Мало кому и когда выходило его из себя вывести. У них с Киром особые, давние отношения: магическая клятва на долгую службу, не ими двумя даже составленная. Так что здесь он себя в руках будет держать.
— Ты сказал мало кому, — сердце как будто настроившись на биты доносившейся музыки, пустилось вскачь.