В лифте, спускаясь вниз, она достала телефон и посмотрела на своё отражение в чёрном экране. Глаза были спокойными. Лишь где-то глубоко, за слоями самоконтроля, теплилась мысль: "Цена заплачена. Игра продолжается".
Пар висел в воздухе, запотевшее зеркало расплыло очертания её лица. Аня сидела в глубокой ванне, колени подтянуты к груди, волосы распущены и тяжело ложатся на плечи. Вода была горячей, почти обжигающей, но ей всё равно казалось, что холод поселился внутри.
Она опустила руки под воду и медленно провела ладонями по коже — словно пытаясь стереть запах, ощущения, прикосновения. Мыло в руках почти не пенилось, пальцы дрожали. Она мыла себя снова и снова, как будто могла смыть не только физическую память, но и то, что застряло глубоко внутри — тяжёлое, липкое, неизбывное.
Вода вокруг казалась чуть мутной, тёплой, но для неё она была ледяной. Каждый раз, закрывая глаза, она видела куски ночи — чёрная рубашка, руки на коленях, взгляд, от которого некуда деться. И слышала свой собственный голос — ровный, уверенный, чужой.
В какой-то момент Аня просто замерла. Голова опустилась на колени, дыхание стало тихим. Она поняла, что сил нет — даже на то, чтобы вылезти. Всё, чего хотелось, — чтобы день не начинался, чтобы никто не ждал её улыбок и выверенных слов.
Но она знала — через пару часов придётся надеть чистое платье, сделать лёгкий макияж и снова идти в мир. Снова играть роль, в которой каждое движение просчитано.
Она провела рукой по лицу, стёрла воду и вздохнула. Цена заплачена, — напомнила она себе. — И я готова идти дальше.
Огни города мерцали за панорамными окнами, отражаясь в темном стекле бокала с вином. Антон сидел в кресле, нога закинута на ногу, рубашка расстёгнута на пару пуговиц. На журнальном столике — наполовину пустая бутылка вина и телефон, который он давно перестал проверять.
Он пил медленно, наслаждаясь густым вкусом. В голове всё ещё вертелись кадры сегодняшнего вечера — её лицо в полумраке, лёгкая дрожь в руках, контролируемые, но всё же заметные.
"Для первого раза справилась неплохо" — лениво отметил он про себя. Впрочем, он ожидал меньшего. Обычно он брал, когда хотел, и не терпел лишних церемоний. Но сегодня был терпелив — позволил ей уйти сразу, без продолжения, без лишних разговоров.
Он понимал, что в этой девчонке есть нечто, что цепляет. Но также ясно осознавал: она — временное развлечение. Его будущее уже почти решено.
Антон поставил бокал на стол и чуть откинулся в кресле, глядя в темноту. Перед глазами возник другой образ — светлое лицо Екатерины Высоцкой, её ровная, почти идеальная осанка. Свадьба с Катей — логичный шаг, подумал он. Престижно, выгодно, удобно. Семья Высоцких — союзники, нужные связи, нужное положение.
Он прикинул даты, вспомнил разговор с её матерью. Всё нужно будет подготовить — список гостей, место проведения, формальности. Это была политика, а он умел играть в политику так же холодно, как и в свои личные игры.
Вино обожгло горло, оставив терпкий привкус. Он налил ещё и, глядя на своё отражение в стекле, вдруг заметил, что его собственные глаза кажутся темнее обычного.
"Всё идёт по плану," — сказал он себе, и в этой фразе не было ни радости, ни тепла.
С каждым новым телом город становился напряжённее. В прессу утекали слухи, и хотя официально о магической составляющей дел не говорили, в узких кругах все знали — это не обычный убийца.
Инквизиторы ходили мрачнее обычного, а начальство раздражалось от того, что всё застопорилось.
Аня, сидя за своим столом, методично перелистывала папки, аккуратно раскладывала протоколы, отчёты судебных магов и фотографии. Лица жертв были разные — мужчины, примерно одного возраста, но из разных слоёв общества. Никакой видимой связи. Только след — высосанная досуха энергия и кровь.
Её пальцы чуть дольше задержались на последнем отчёте.
Две недели.
Между каждым убийством. Ни дня раньше, ни дня позже. Будто по расписанию.
Она вспоминала, что такие ритуалы всегда делались ради накопления силы. Но обычному магу хватало одного раза на годы вперёд. Тут же всё повторялось снова и снова, и с каждым разом — всё наглее. Убийца не пытался заметать следы: тела находили почти сразу, прямо на виду.