Она поправила волосы, уложив их чуть тщательнее, чем обычно, и аккуратно нанесла макияж — без перебора, но так, чтобы глаза казались глубже, а скулы чётче. Закончив, отошла на шаг и посмотрела на себя целиком. Да, в этих вещах она выглядела… дорогой. Уверенной. И в то же время внутри всё равно оставалось чувство, что это маска, за которой прячется та самая девчонка, покупающая продукты по скидкам.
Взгляд на часы вызвал тихое раздражение: в таком виде в метро? Абсурд. Каблуки будут застревать между плитками, толпа обязательно заденет или испачкает жакет…
Тут телефон мигнул сообщением от Кати:
«Буду у твоего подъезда через десять минут».
Аня закусила губу. Она не понимала, зачем подруге тратить на неё время. Да, Катя всегда помогала, но всё же… Разве у неё нет более интересных дел, чем возить кого-то на работу? Но, если честно, отказываться не хотелось. Мысль о переполненном вагоне метро вызывала почти физическую тошноту.
К хорошему привыкаешь быстро. Особенно если «хорошее» подъезжает на дорогой машине и улыбается из-за опущенного стекла.
Катя встретила её так, будто они не виделись несколько недель: солнечная улыбка, лёгкий кивок, и мягкое облако сладковато-цветочного аромата, которое вырвалось из салона. Духи будто окутали Аню, и ей захотелось задержаться в этом запахе подольше — он был тёплым, роскошным и каким-то… защищающим.
— Привет, дорогая, — голос подруги звучал так, словно у неё вообще нет утренней сонливости.
— Привет, — улыбнулась Аня, забираясь в машину. — Ты чего, решила моим личным водителем подработать?
Катя рассмеялась тихо, по-своему изящно, как делают те, кто с детства привык к обществу, где эмоции держат под контролем.
— Мне не сложно. Да и как ты, такая красивая, в метро? Это было бы преступление.
Аня усмехнулась, но внутри всё-таки кольнуло. Катя говорила это легко, между делом, а у неё внутри вспыхнуло чувство, в котором сплелись благодарность и зависть. Катя жила в мире, где поездка на дорогой машине — не исключение, а норма. Где такие вещи, как этот жакет или духи, не подарок судьбы, а просто «новая покупка».
В этот момент Катя потянулась на заднее сиденье и достала небольшую коробочку, перевязанную тонкой лентой.
— Что это? — спросила Аня, бережно принимая подарок, как будто боялась его помять.
— Небольшой презент в честь твоего первого рабочего дня, — легко отмахнулась Катя. — Откроешь дома. Сегодня вечером, к сожалению, забрать тебя не смогу.
— Спасибо, — Аня крепче сжала коробочку в руках. Ей ужасно хотелось узнать, что внутри, но она решила потерпеть. — А что у тебя за духи такие вкусные?
Катя на секунду задумалась, склонив голову, будто мысленно перебирала флаконы у себя на туалетном столике.
— Gucci Flora, в зелёной упаковке, — наконец сказала она. — Понравились?
— Очень, — кивнула Аня.
Катя чуть лукаво улыбнулась, завела двигатель, и машина мягко тронулась с места. За окнами проплывали ещё сонные улицы, а в салоне стоял тот самый тёплый аромат, который Аня уже успела привязать к чему-то дорогому, недосягаемому… и, может быть, чуть-чуть несправедливому.
Катя притормозила у самого входа в массивное здание инквизиции. Чёрный мрамор фасада, тяжёлые двери с гербом и строгие охранники у входа — всё это в утреннем полумраке выглядело ещё более величественно и… немного угрожающе.
— Удачи, — подмигнула Катя, когда Аня взялась за ручку дверцы.
— Спасибо, — ответила Аня и выбралась наружу, чувствуя, как холодный утренний воздух обволакивает лицо.
Она шла к дверям медленно, чувствуя, как каблуки звонко стучат по камню. И всё же сегодня этот стук был не просто звуком — он стал частью образа. Шёлковая блузка мягко ложилась на плечи, а жакет и брюки идеально подчеркивали фигуру. С каждым шагом в груди нарастало странное чувство: она вроде та же Аня, но в глазах прохожих — уже кто-то другой.
Охранник у входа кивнул чуть уважительнее, чем вчера. Мелочь, но Аня заметила.
В вестибюле она сразу поймала на себе несколько взглядов. Секретарь из соседнего отдела, высокая блондинка с идеально выпрямленными волосами, окинула её быстрым взглядом сверху вниз. В этом взгляде не было откровенной враждебности, но едва заметная оценка и… прищур.
Ага, заметили, — с тихим удовлетворением подумала Аня.