Вот же дурачок, — подумала она, едва сдерживая улыбку. — Катя хоть и умная, но в упор его чувств не видит. Или просто не хочет видеть.
И вдруг лицо Кати изменилось. Её улыбка исчезла, пальцы крепче сжали телефон, а взгляд стал холоднее, сосредоточеннее.
— Что-то случилось? — осторожно спросила Аня, уловив перемену в настроении.
Олег напрягся и тоже уставился на Катю, но в его взгляде появилась тревога.
— Мама пишет, — сухо ответила Катя, — всё никак не отстанет со своим браком.
— С каким браком? — Олег мгновенно подался вперёд, и его руки, лежащие на столе, сжались в кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев.
Аня бросила на него быстрый взгляд, но промолчала.
— Хочет, чтобы я вышла за Антона Волкова. Аня, — она повернулась к подруге, — ты же у него секретарша.
Эти слова ударили Аню как холодная вода. Внутри всё сжалось, и в голове на секунду пронеслась паническая мысль: Всё рушится. Но она тут же заставила себя взять себя в руки. Никакой помолвки ещё не было, всё могло оказаться пустыми разговорами. И всё же мысль о том, что её план может обернуться попыткой увести жениха у подруги, обожгла изнутри.
— Но я пока отбрыкиваюсь, — продолжила Катя, — да и сам Волков никакой заинтересованности не проявляет. Видела его пару раз на мероприятиях, общалась. Ему я совсем неинтересна. Он, по-моему, тогда в кафе к Аньке больше внимания проявил, чем ко мне. Думаю, мама покричит и успокоится.
Олег заметно выдохнул. Аня тоже постаралась расслабиться, будто сбросив с плеч тяжёлый камень.
— Ой, Кать, — поспешила вставить Аня, — он тогда подошёл просто потому, что уже знал, что я буду его секретаршей.
Катя посмотрела на неё с лёгким прищуром, будто оценивая, врёт она или просто не понимает очевидного.
— Ань, он в тебе заинтересован. Не знаю почему, но заинтересован. Ну с какого перепуга он бы подходил к простой работнице? Не дури мне голову.
Разговор снова потёк в спокойном русле. Олег рассказывал о своей учёбе в мединституте, вставлял шутки, а потом, будто невзначай, начал читать Кате стихи. Та только смеялась и играла с ручкой от чашки, делая вид, что не замечает его влюблённого взгляда.
Аня пила свой кофе, стараясь не нарушать лёгкую атмосферу, но где-то глубоко в мыслях снова всплывала тревожная картинка — а что, если Волков всё же сделает Кате предложение? Она отгоняла её, как назойливую муху, но знала — эта мысль вернётся. И тогда придётся решать.
Поздний вечер накрыл город мягким полумраком, а в маленькой квартире Ани царила тишина, нарушаемая лишь тихим гудением старого холодильника. Девушка, обняв колени, сидела на диване с ноутбуком, уткнувшись в экран. Страницы одна за другой сменяли друг друга: «Как завоевать мужчину», «Секреты женской привлекательности», «Как влюбить в себя босса»…
Она щёлкала по ссылкам, впитывая советы как сухая губка, хотя в глубине души понимала, что те, кто это писал, наверняка жили в другом мире — мире, где у женщин был опыт, уверенность, связи. У неё же… У неё ничего этого не было.
Нет, неправда, — поправила себя Аня, откинувшись на спинку дивана. — У меня есть то, чего нет у многих — я чистая. Нетронутая. Эта мысль показалась ей одновременно и оружием, и товаром. Она даже почувствовала странное удовлетворение, будто нашла редкую монету, которую можно выгодно обменять.
В голове словно щёлкнул тумблер — привычное восприятие себя растворилось, уступив место холодной, почти циничной оценке. Она подошла к зеркалу и внимательно посмотрела на своё отражение. Критичный взгляд скользил сверху вниз:
— Волосы… да, требуют работы. Нужно подстричь кончики, добавить блеска, может, мелирование. Но густые и светлые — это плюс.
— Лицо… не кукольное, но правильные черты, без перекосов. Немного макияжа, и всё будет как надо.
— Грудь… не слишком большая, зато аккуратная.
— Талия узкая, бёдра пока не такие округлые, как хотелось бы, но на нормальном питании и с обедами из инквизиции это поправимо.
Она медленно повернулась боком, рассматривая свой силуэт. Свет лампы ложился на кожу тёплыми отблесками, подчёркивая худобу и хрупкость.