Её старая студия встретила тишиной и темнотой. Узкий коридор, запах старых обоев, неровный пол — всё это уже не раздражало, потому что она знала: скоро это закончится.
Аня поставила шампанское в холодильник, разогрела чайник, села за маленький стол и открыла ноутбук. Она ещё раз посмотрела на договор, на фото квартиры. Мечта становилась реальностью.
Она достала бокал, налила себе шампанского и отпила маленький глоток. Пузыри приятно защекотали язык. "Совсем скоро… совсем скоро я забуду, что такое экономить на всём. Совсем скоро перестану краснеть, когда кто-то из «высших» узнает, где я живу."
Она даже написала список покупок для новой квартиры: постельное бельё, новый чайник, посуда, несколько картин на стены. И ещё один список — уже «более личный»: пару хороших платьев, новые туфли, косметика. Всё это было вложением в её будущий образ.
Телефон снова завибрировал. Катя.
Катя: Ну что, уже представляешь, как будешь там жить?
Аня: Да, я уже мысленно там. Это просто идеально.
Катя: Гуляй сегодня, подруга. Ты заслужила.
Аня улыбнулась.
Позже, лёжа в своей узкой кровати, она долго не могла уснуть. В потолок упирался тусклый свет от уличного фонаря за окном.
И вот радость, которая держала её весь вечер, начала отступать, а на её место медленно подбиралось другое чувство — вязкое, липкое, неприятное.
"А какой ценой?" — шепнул внутренний голос.
Она знала, что планирует. Знала, что уже перешла ту черту, за которой перестаёшь надеяться только на свои силы. Слишком хорошо понимала, что, если слухи поползут, её имя будут произносить с усмешкой, а за спиной шептаться.
В голове мелькнула мысль: «Я же могла попробовать сама. Работать, копить, медленно, но честно…» Но тут же она вспомнила холодную кухню своей студии, вечные долги, постоянную зависимость от случайностей — и всё это заглушило остатки совести.
Она перевернулась на бок, зажмурилась и уткнулась лицом в подушку.
"Главное — вырваться. Всё остальное переживу. Главное — вырваться."
Лампочка над столом вдруг чуть дрогнула, будто моргнула. Аня не обратила внимания — решила, что просто устала.
Аня проснулась медленно, как будто сама природа не хотела отпускать её из объятий сна. Сквозь полупрозрачные бежевые шторы пробивался мягкий утренний свет, окрашивая комнату в тёплые золотистые тона. Она ещё несколько секунд лежала, не двигаясь, прислушиваясь к непривычной тишине. Не было шума соседей за стеной, глухих стуков и визгов детей в подъезде. Только далёкое, спокойное жужжание города, которое почему-то успокаивало.
Её взгляд упал на потолок — идеально ровный, ослепительно белый. Даже в этом было что-то новое, свежее. Она невольно улыбнулась и, потянувшись, почувствовала, как матрас мягко поддался под её движением. Он был таким удобным, что казался облаком, которое обнимает и не хочет отпускать. Подушки — упругие, с прохладными наволочками, а одеяло всё ещё хранило её тепло.
Она повела рукой по простыне — гладкий хлопок приятно скользнул под пальцами. Всё здесь было чужое, но уже становилось её.
В нос ударил лёгкий аромат корицы. Аня подняла голову, удивлённо принюхалась. То ли это был запах свежих деревянных панелей на кухне, впитавших в себя старые пряные нотки, то ли хозяйка, привозя мебель, оставила где-то пакет с пряностями. Запах был тёплым, уютным, домашним.
С неохотой поднявшись, Аня босиком прошла по тёплому, чуть скрипнувшему ламинату в сторону ванной.
Ванная была просторной — для неё это было настоящей роскошью. Огромное зеркало в полный рост отражало её фигуру целиком. Она остановилась, изучая своё отражение. Волосы слегка растрепаны, глаза ещё чуть опухшие от сна, но… в уголках губ появлялась лёгкая, довольная улыбка.
"Я смогла," — подумала она, медленно выдыхая.
Да, квартира была съёмной. Да, впереди ещё куча работы, и денег на выкуп или покупку чего-то своего у неё пока не было. Но это уже не та обшарпанная студия с облупившимися обоями и крысами в подъезде. Это был новый этап.
Она провела рукой по холодной мраморной столешнице возле раковины, и в её голове чётко сложилось: "Теперь всё пойдёт по плану. Главное — не сбавлять темп. Всё, что я задумала, я возьму. Всё."