— А это что такое? — Я вопросительно подняла бровь, рассматривая беленькую, ситцевую, прозрачную юбочку, белый купальник и бежевые колготки, — Это мода такая?
— Нет, сегодня у вас занятие классическим танцем у станка.
О божечки, сохрани меня и спаси! Моя мама пыталась приобщить меня к балету, однако после двух моих истерик было понятно, что классика - не мое.
— И сколько раз в неделю меня будут мучить?
— Ну почему мучить ?.. Все девушки очень любят классический станок.
— Так я только про себя говорила.
Мария прикусила губу.
— Дважды в неделю.
Кошмар полнейший!
— Маша, отвернись, пожалуйста, — Попросила я девушку, ругаясь все возможными плохими словами про себя. Жемчужины нашего языка так и сыпятся !
Пока переодевалась, взгляд зацепился за изумрудные серёжки, лежащие на тумбочке. Те самые, что принесла их женщина ‘свыше’. Те самые, что отец купил для моей мамы за невероятную для нашей семьи сумму.
Я вспоминала про сломанную брошь моей помощницы. Сердце кольнуло. Я с любовью сжала серьги, а после принялась рассматривать их:
« Для Авроры де Тревиль», — Мелкой, очень мелкой гравировкой было высечено на них. Меня бросило в дрожь. На уровне интуиции мне что-то кричало : « брось, брось, брось! ». Нет, им не место у меня.
— Вы все? - Спросила Мария. Я вздрогнула - настолько была погружена в мысли.
— Маш, подойти ко мне.
Девушка развернулась и укоризненно посмотрела на меня, мол « ах, вы ещё даже не начинали одеваться!»
— Маша, извини меня, молю. Твою брошь сломали и в качестве извинения хочу принести эти серьги, — Я выставила руку вперёд, в которой лежало украшение.
В лице Маши отразилось все : от удивления и непонимания, до смеха.
— Вы же шутите?
— Нет, но прошу, пообещай мне, что ты их никогда не продашь и вообще никому не отдашь. Только детям. А твою сломанную брошь я отдам. Я ее припрятала, — Попыталась улыбнуться.
Думаю, мой отец скорее хотел, чтобы украшение, в которое он вложил душу ( а я не сомневаюсь, что вложил), было у его дочери, чем ее временной помощницы, но я уверенна, что у неё серьгам будет безопаснее. Я не понимаю, что с ними не так и почему мне так захотелось обезопасить их, но что-то заставило меня спрятать изделие.
( Де Тревиль - фамилия по отцу )
— Нет, я это не могу принять. Как минимум потому что украсть могут. А брошь.. да вы не переживайте так! Подумаешь.
— Бери! — Я нагло взяла ее руку и, воспользовавшись ее непониманием, вложила украшение в руки.
— Да если кто увидит, скажут, что по желтому билету жить начала. Никогда бы на подобное сама не заработала !
— А ты говори, что это все не настоящее. Что на базаре купила.
Вдруг, по щекам девушки начали скатываться слёзы. Она положила серьги на мою кровать и выбежала из комнаты.
Я села на кровать и взяла в руки эти несчастные серьги. Неужели обидела ее?
С горем пополам я переоделась. Думаю, за мной должны зайти, ибо мама я по замку в таком виде не пойду. Да и не знаю куда.
В дверь постучались.
Вошла Маша. Лицо заплаканное.
— Извини меня! — Тут же подбежала я к ней.
Девушка мягко улыбнулась.
— Это Вы меня извините! Но серьги я все же не приму.
— Хорошо, тогда дам денег. Сколько нужно?
Маша снова забеспокоилась.
— Нет! Да ну эту брошь! Я ее за копейки взяла, даже стыдно деньги за них брать обратно. Сломалась - значит судьба такая.
— Так я тебе в честь моральной компенсации больше дам!
Вдруг, в дверь снова постучались.
— Изабелла, как всегда только Вас ждём, — Сказала Лаура и беглым, недовольным взглядом рассмотрела мое, видно встревоженное лицо.
— Сейчас, минутку! — Сказала я ей. Женщина вышла, а я принялась прятать серьги. Не нашла ничего лучше, чем положить под матрас кровати. Еле-еле его подняла( с помощью Маши) и главное - не забыть, что под матрасом серьги и ночью не раздавить их ненароком.
Вышла я уже порядком запыханная. Уф, а еще только утро !
Нас провели в небольшой зал. Все стены в зеркалах и по периметру станки. Мы все встали вдоль них.
Балетки, которые пришлось надеть, были очень не удобны. Да я бы лучше босиком позанималась.
— Девушки, здравствуйте, — Коротко кивнув головой, с нами поздоровалась очень худенькая женщина лет пятидесяти, — Меня зовут Анна, а это, — Она показала рукой в сторону концертмейстера, — Алекс, — Девушки сделали не глубокий поклон, я неуклюже повторила за ними, — Уверенна, вы все обучены базовым классическим движениями, но мы с вами все повторим, где надо улучшим и объясним.
Женщина подошла к станку.