- Если ты не хочешь продолжать, я не стану настаивать, - прошептал он.
Анна ощутила в себе странную смесь эмоций и борьбу противоречивых чувств. Одна её часть испытала облегчение и благодарность, и тянула её замотаться поплотнее в одеяло, да сбежать с постели под предлогом неотложных утренних дел... Но другая её часть, которая до сих пор спала в ней, сейчас раскрылась, расцвела и тянулась всей своей сущностью к сущности мужчины, в которого она была окончательно и бесповоротно влюблена. И эта часть тихонько шептала, что она будет сильно жалеть, если упустит этот волшебный момент... И Анна решила не отпускать Александра из своих объятий. Она обхватила его руками за шею, прикасаясь к нему всем телом и несмело, робко поцеловала в губы. Он крепко обнял её, ещё плотнее прижимая к себе, поцеловал в ответ. Прикосновение кожи к коже обострило все их чувства и усилило удовольствие от взаимных ласк... Анна почувствовала, что растворяется в их общих ощущениях, словно в сладком тумане. Все её мысли и страхи были стёрты. Она впервые поняла, что значит - быть любимой и счастливой...
*
Они были действительно счастливы вместе.
Александр постепенно вспоминал всё новые и новые детали о себе и своем прошлом. К нему возвращался вкус к жизни.
В маленькой квартирке Анны нашлось место и для его летнего велосипеда, и для гитары, и для собаки с кошкой, которых они забрали с улицы промокших и продрогших под дождем. Звери сидели тесно прижавшись друг к другу, разделяя на двоих спасительное тепло, и они не смогли пройти мимо, приняв единодушное решение. Теперь тепло их душ согревало всех четверых каждый день. Они делили на всех поровну и закаты, и рассветы, и долгие утренние завтраки. Разве это не истинное счастье - никуда не спешить, с аппетитом готовить и поедать завтрак прямо в постели, рядом с любимым человеком? И оставить по вкусному кусочку дружелюбным хвостикам.
Анна не хотела расставаться в возлюбленным ни на час. Она забросила свою ведьмовскую практику, благо накопленных средств хватало на безбедную жизнь. Они подолгу гуляли по городу или уезжали в пригород и бродили среди зелёных лугов и лесов. Анна боялась потерять своего ангела и часто прикасалась к нему просто так, чтобы убедиться, что он действительно здесь, рядом с нею, живой и осязаемый.
Они больше не обсуждали тот странный сон, из которого им удалось вернуться вместе в отпущенные им пять лет. Анна лишь однажды сказала, что постарается найти способ, чтобы продлить это время. Или уйти вместе по его истечении. Александра эти слова поразили в самое сердце, и глубокое светлое чувство поднялось из его души навстречу этой поразительной девушке, готовой отказаться от жизни, чтобы быть вместе с ним.
В одну из холодных осенних ночей, юноша резко проснулся и под вой ветра за окнами и мерный барабанный перестук капель дождя вспомнил своё истинное имя. Настоящее имя души, а не то имя, что выбрал себе он сам, или которым наделили его когда-то земные родители. Глядя на мирно спящую Анну, он гадал - что будет, если он скажет ей это имя? Назовётся и откроет ей истину... Что она будет делать, когда узнает, кто он на самом деле? Как посмотрит на него... Останется ли рядом с ним. Он знал - она непременно сама всё узнает рано или поздно. От такой сильной ведьмы ничего не скрыть. И тогда их любви придётся выдержать нелёгкое испытание.
Но это уже совсем другая история...
Ведьмина участь
В небольшой уютной гостиной у широкого окна стоял круглый столик с вязаной белой скатертью. На окне не было ни штор, ни тюля, и по комнате струился яркий солнечный свет лета. На столике стояла хрустальная ваза с букетом полевых цветов и сквозь прозрачные грани проглядывали солнечные зайчики, прыгали по стенам, потолку, по узорчатому ковру, отбрасывая повсюду маленькие радуги.
Ведьма Анна сидела на табурете перед мольбертом и очень осторожно, капля за каплей, мазок за мазком, переносила свою летнюю магию на полотно. Акварели рассыхалась от жары и неплохо было бы съездить в художественную лавку за свежими. Да и от пары-тройки новых кисточек она бы не отказалась. А ещё нужны новые летние сандалии, и новая сумочка взамен старой, которая приказала долго жить в кошачье-собачьей войне. И надо бы всё-таки сдать в химчистку пальто, подпорченное несколькими невыводящимися пятнами, которое ещё с весны висит в шкафу печальным напоминанием о сложностях собачьего воспитания. А в спальне можно обновить обои, им тоже досталось... В общем, дела найдутся. Но прямо сейчас ей не до того. Да и спешить некуда, ведь собаки с её весёлым светловолосым хозяином с ней больше нет... И начинает казаться, что одиночество - это её неминуемая ведьмина участь.
Смахнув предательскую слезу, Анна сердито поглядела на облака, что начинали сгущаться на горизонте и поспешила закончить первый этап своей работы. Это был портрет утреннего света, с лёгкими очертаниями окна, столика и цветочной вазы. Квинтэссенция лета. Радужных солнечных зайчиков она добавит позже. В остальном основа была готова, оставалось только чётче обозначить детали, когда испарится лишняя влага. Над тонким кружевом скатерти придётся особенно потрудиться, да и белый цвет писать всегда сложно...
На столик запрыгнула кошка. Коричневая спинка на свету отдавала рыжиной. Мягкие лапы прошлись по скатерти, усатый носик задвигался, изучая ароматы маков, васильков, кипрея, заглядывая в сердцевинки лютиков и ромашек... Колоски пшеницы ей не понравились - пшеничные усики неприятно кололись. Раздалось возмущённое фырканье, огромные прозрачно-бирюзовые глаза осуждающе посмотрели на хозяйку, что принесла в дом такую колючую пакость. Кошка отвернулась от букета и стала тщательно намывать лапкой в белом 'носочке' белое пятно на мордочке. Анна тяжело вздохнула, глядя на неё.