– А можно сдэлать громчэ? – раздался голос Тото. – Нэпоньятно, што происходэт.
– Конечно, – ответил Яромир.
Почти сразу звук стал значительно громче.
– Колись, тебе говорю! Что ты в несознанку уходишь?
– Нас на понт не возьмешь, кишка тонка! – проскрипели… дрова.
– Мне сказали вас расколоть, и я своего добьюсь!
Парень схватил полено и начал его трясти, отчего то в свою очередь стало издавать непонятные, но очень смешные звуки.
– Да что тебе от нас надо? – донесся еще один голосок от поленницы.
– Расколоть. – Мальчик утер со лба выступивший пот. – Видимо, вы что-то знаете… А-ну, колитесь!
Тут я не выдержала и расхохоталась. Хоть я и была далека от деревенской жизни, но знала, что так дрова не колют. У парня явная профессиональная деформация. Надо будет потом уточнить у Тото, где именно, в дружине или в сыске, работает его кандидат.
– А что остальные?
От раздавшегося рядом голоса я вздрогнула. Совсем забыла о присутствии Ставра. А он как ни в чем не бывало закинул в рот орешек, затем еще один. Отбор все больше походил на шоу, и «зрители» начинали вести себя соответственно.
На экране показались длинные грядки с аккуратными кустиками клубники. Между рядами на корточках ползали потенциальные женихи, толкая перед собой деревянные ящики. Среди них был и Рафаэль. Он срывал с веточек крупные сочные ягоды, тщательно рассматривал их на солнце, принюхивался и только затем отправлял в ящик. Однако нет-нет да закидывал по одной в рот, боязливо озираясь по сторонам. Еще через пару съеденных клубник он начал подниматься.
Не тут-то было. Ноги, не привыкшие к подобному обращению, разгибаться не хотели. До нас разве что скрип суставов не долетал. Кряхтя и ругаясь, художник все же распрямился, тут же схватившись за поясницу.
– Это что за магия?! – возмутился Рафаэль, ни к кому конкретно не обращаясь. – Пытки при уборке урожая наверняка запрещены какой-нибудь охранной грамотой!
Коллеги по полю кинулись было ему на помощь, но столкнулись с той же проблемой. Тут из-за деревьев, растущих по краю поля, вышла Стелла и направилась к ребятам. За прошедшее время она успела переодеться в ярко-зеленое облегающее платье, добавив к образу множество серебряных тонких браслетов, звенящих от каждого шага. Волосы искрящегося медного оттенка были собраны в высокую прическу.
– Как-то вы быстро выдохлись, богатыри. А еще с зятьком моим потешиться хотели. – Она усмехнулась и неожиданно появившимся из-под платья хвостом сорвала сочную ягоду и отправила в рот. – Куда сила богатырская делась?
– Сами говорили, что у вас грядки заколдованные, – обиженно произнес невысокий курносый паренек, подопечный Огневы.
– Клубнику трескать это вам не помешало, – заметила хозяйка. – Правда, колдовство тут ни при чем. Не приучены вы к работе. Силушку тренировать по-разному надо…
Соискатели заметно поникли, предчувствуя отчисление с отбора.
– Ну что, готовы исправиться? – Поймав согласные кивки, Стелла продолжила: – Тогда размялись – и за работу. Солнце еще высоко.
От действа меня отвлекло неприятное ощущение, будто чей-то взгляд прожигает спину. Надо было как-то незаметно обернуться, поскольку я совершенно не помнила, кто за мной сидел. Повод нашелся быстро – я пошла к самоварному столику, чтобы налить воды. Как ни странно, позади меня обнаружилась только Димия Алексеевна, и еще приоткрытая дверь, в которую тоже мог кто-то подсматривать.
– Ммм, как вкусно! – раздался прямо над ухом мурлыкающий шепот Ставра, из-за которого я вздрогнула и чуть не облилась. – Ой, Веленочка, я вас напугал!
Гадиныч, как бы извиняясь, провел ладонью по моей спине, за что я готова была его испепелить.
– Вы что-нибудь желаете? – Он окинул меня плотоядным взглядом.
– Нет, спасибо, – как можно спокойнее произнесла я и попыталась вернуться на место.
В связи с ночными событиями близость этого мужчины чрезвычайно нервировала. Однако легко обойти гада не удалось. Я старалась не шуметь, не желая, чтобы наша небольшая возня была замечена другими, поэтому пришлось терпеливо дождаться, пока Ставр наберет себе новую порцию орешков и пропустит меня.
К тому моменту, как я смогла вернуться к просмотру, там уже показывали картофельные поля. Удивительно, что активно впахивал на них только один человек – Любомир. Остальные четверо сидели тут же, в тени дерева, и курили.