Но постепенно все начало меняться. С отступлением тумана местность становилась более приветливой, деревья молодели… И скоро девочка нашла желаемое.
Изба ведьмы стояла на поляне. Древний бревенчатый сруб, покрытый старой черепицей, поросшей мхом. А рядом с ним, у раскидистой яблони, заканчивалась веревка. Она и не нужна была больше, так как туман давно отступил.
Анна подошла к массивной двери и постучала.
- Кто? - раздался дребезжащий старческий голос.
- Анна, - робко ответила девочка.
- Кто такая Анна?
- Бабушка, мне нужна ваша помощь.
Раздались шаркающие шаги. Старуха забормотала:
- Пришла... Я же говорила... Что? С дороги сманивал? Да я ему! Ну молодец, молодец. Посиди пока.
Аня слушала и не понимала с кем говорит старуха. Раздался щелчок.
На порог вышла старая женщина в сильно изношенном платье, с распущенными седыми волосами и неожиданно яркими, цепкими, зелеными глазами. Она опиралась на резную трость костлявой рукой, на которой поблескивал массивный перстень.
- Анна, - проговорила ведьма, - Я помогу тебе. Знаю твою беду. Дедушку спасти можно.
- Спасибо, бабушка! - девочка сразу спросила.
- Спасти можно, но за это придётся заплатить.
Денег у девочки не было, но она все же пришла не с пустыми руками. Стянула с шеи небольшой золотой кулон на серебряной цепочке. Это единственная драгоценность, которая была в их простом крестьянском доме. Протянула старухе. Но та лишь хрипло рассмеялась.
- Нет, золотце, такая плата не пойдёт.
- Как? Но у меня ничего больше нет - со слезами в голосе прошептала несчастная.
- Так уж и нет?
- Я не знаю, что еще предложить.
- Договор! Договор! - раздались голоса из дома ведьмы: один хрипел, а другой шипел. Девочка вздрогнула и попятилась.
- Молчать! Окаянные! - рявкнула старуха и топнула ногой. Затем обратилась к гостье:
- Я дам тебе лекарство, Анна. Дедушка очень быстро излечится и проживет еще долго. Но взамен я хочу, чтобы ты потом вернулась ко мне.
- Но как же это? Неужели нет другой платы за исцеления дедушки?
- Нет, Анна! Решай или уходи!
Девочка готова была заплакать. Уйти от семьи, их небольшого уютного дома, и поселиться в этом ужасном месте... Но дедушка может выздороветь и позаботится о ее маленькой сестренке. Она же не на смерть идет?...
- Хорошо, я согласна! Дайте мне лекарство.
- Не так быстро! Ты ещё не поклялась на крови.
Старуха шустро шмыгнула за дверь и вынесла какой-то старый свиток и нож. Заставила повторять за ней странные слова, затем сделала надрез на своей руке и руке Анны. Капли крови соединились на старом листе, перемешались под шептания старухи и застыли каким-то мистическим символом. Ведьма радостно закряхтела, подкинула договор и хлопнула в ладоши - бумага исчезла. Анна испуганно вздрогнула и посмотрела на старуху. Дело было сделано, назад пути нет.
- Возьми, - ведьма достала из кармана небольшой флакон с зеленоватой жидкостью и протянула девочке. - Дед Трофим должен все выпить - тогда он поправится. А как поправится, ты вернешься сюда. А вздумаешь хитрить или сбежать - нашлешь беду на всю свою семью.
Анна взяла дрожащей рукой лекарство для деда и продолжала стоять, не смея сделать шага от страха.
- Ну чего стоишь? Кыш! Кыш! - хрипло закричала старуха и замахала руками.
- Кыш! Кыш! - вторили ей голоса из дома.
Анна подпрыгнула и, повернувшись, со всех ног бросилась в лес, едва не забыв про веревку с колокольчиками. Позади себя она слышала смех старухи и чей-то свист.
На порог ведьминой избы вышла черная кошка, села рядом с ногами старухи. Затем из окна вылетел ворон и, покружившись, сел на поручень.
- Не вернется, - каркнул он.
- Вернется, - сказала кошка, - побоится за своих родных и прибежит.
Ворон посмотрел в сторону ведьминой тропы и рассмеялся:
- Напугали мы ее! Бежит и не оборачивается.
- Проследить, бездельники! И чтоб ни единого волоска с ее головы не упало! - крикнула старая ведьма и топнула ногой. Ворон каркнул и полетел за девочкой.
- Да никуда она не денется, - хитро проговорила кошка, играя хвостом. - Смелая, такие не пропадают. К тому же дар у нее, хоть она и не знает.
- Дар есть, потому я ее и приметила. Только чиста душой, не пошла бы ко мне в услужение. А теперь, с договором, никуда не денется.
Кошка фыркнула:
- Могла бы хворь на ее деда не насылать. Задурманила бы просто девочке голову и увела бы сюда, как и раньше делала.
- Нет, Чернота, то было бы рабство. А тут она по доброй воле придет. Смекаешь?