— Прости, — спокойно сказал Челубей, — если я не поверил твоему брату.
— Он говорил правду, — прошептала она слабым голосом.
Мамай резко повернулся к русскому.
— Что скажешь, Олег Иванович? Они врут?
Русское бородатое лицо было обычным, но Саша узнал имя. Великий князь Рязани, что был на стороне с татарами.
Олег сжал губы.
— Я не знаю, врут ли они. Но история монаха вполне правдоподобна. Почему бы Дмитрий Иванович отправлял шпионить родственников, еще и девушку в наряде парня? — он недовольно посмотрел на Васю.
— Она — ведьма, у нее странные силы, — возразил Челубей. — Она заставила наш костер странно пылать. Она околдовала мою лошадь в Москве.
Все посмотрели на Васю. Ее взгляд был рассеянным, губы дрожали. Кровь еще текла из пореза на ее лбу, появилась шишка. Вася тихо плакала.
— Да, — сказал Олег после долгой паузы. — Она — пугающее зрелище. Как зовут девицу? — последнее было на русском.
Вася не ответила, лицо ее опустело. Челубей поднял руку, но Олег остановил его голосом:
— Теперь ты бьешь связанных девушек?
— Я говорил, — зло сказал Челубей. — Она — ведьма!
— Доказательств нет, — сказал Олег. — И уже поздно. Мы можем решить их судьбу утром.
— Я займусь ими, — сказал Челубей. Его глаза сияли, но помнил об унижениях в Москве. Может, он был заинтересован девушкой с зелеными глазами в наряде юноши. Может, он был там, на реке, в день, когда Касьян раскрыл ее тайну при всей Москве самым жестоким образом.
— Дмитрий Иванович выкупит ее, — сказал Саша. — Если она будет целой.
Они игнорировали его.
— Хорошо, — сказал Мамай. — Займись ими. Потом расскажешь, что узнал. Олег Иванович…
— Церковь будет шуметь, если он умрет от пыток, — сказал Олег. Саша вдохнул.
— Он должен выжить, — добавил Мамай Челубею.
— Генерал, — сказал Олег Мамаю, взглянув на Васю. — Я заберу девицу с собой на ночь. Может, отделенная от брата, одна и испуганная, она расскажет мне больше.
Челубей возмущенно открыл рот, но Мамай опередил его с изумленным видом.
— Как хочешь. Разве она не тощая?
Олег поклонился и поднял Васю на ноги. Вася не понимала почти весь разговор, ведь он был на татарском. Она посмотрела на Сашу.
— Не бойся, — сказал он.
Слабое утешение. Она боялась не за себя, а за него.
27
Олег Рязанский
Вне палатки Мамая Олег зашипел между зубов. Появились двое мужчин с оружием и проводили их. Они с любопытством поглядывали на Васю, а потом скрыли эмоции. Она боялась за брата. Все произошло слишком быстро. Полуночница насмехалась и угрожала, но Вася и не думала, что слуга прабабушки предаст ее татарам. Почему?
«Ты не справилась», — сказала Полуночница.
Олег тащил ее. Она пыталась думать. Если она сможет убежать, удастся ли вернуться к брату в следующую полночь? В таком большом лагере, с липкой кровью на лице магия казалась далекой, как бесстрастные звезды.
Круглая палатка, но меньше, чем у Мамая, виднелась во тьме. Олег толкнул ее сквозь ткань, прошел следом и прогнал ошеломленных помощников.
Печи не было, только глиняная лампа. Вася заметила строгое пространство, аккуратную груду шкур, а потом Олег сказал:
— В монастырь шла? В такой одежде? Бандиты напали? И вы с братом глупо набрели на костер Челубея? За дурака меня держишь? Говори правду, девчонка.
Она пыталась собраться с мыслями.
— Мой брат рассказал правду, — сказала она.
— Ты не трусиха, это я вижу, — его голос стал тише. — Девушка, я могу помочь. Но для этого нужна правда.
Вася не сдерживала слезы. Вызвать их было просто. Голова ужасно болела.
— Мы рассказали ее, — прошептала она.
— Ладно, — сказал Олег. — Как хочешь. Я отдам тебя Челубею завтра, и он вытащит из тебя правду, — он сел, чтобы разуться.
Вася смотрела на него мгновение.
— Вы — русский на стороне врага, — сказала она. — И я должна вам поверить?
Олег поднял голову.
— Я сражаюсь подле Орды, — четко сказал он, опустив сапог. — Потому что я не хочу, в отличие от Дмитрия Ивановича, чтобы мой город разбили, а людей увели как рабов. Но я могу тебе помочь. Но и могу устроить страдания, если разозлишь меня.
Второй сапог присоединился к первому, а потом он снял шапку и бросил на груду шкур. Он окинул ее взглядом, оценивая.
«Забудь, — думала она. — Забудь, что он тебя видит…», — но она не могла сосредоточиться, белая боль пылала в ее голове. С босыми ногами Олег прошел к ней. Без слов он взял одной рукой ее связанные запястья, другой проверил ее на оружие. Она не была вооружена. Кто — то забрал ее нож, когда ее ударили у костра.
— Что ж, — сказал он, проводя ладонями по ее телу, — ты все — таки девушка.
Она наступила на его ногу. Он ударил ее по лицу.
Придя в себя, Вася оказалась на полу. Он разрезал ее путы. Она подняла голову. Он сидел на груде шкур, точил камнем меч, лежащий на его коленях.
— Проснулась? — сказал он. — Начнем еще раз. Говори правду, девушка.
Она с трудом поднялась на ноги.
— Или что? Будете пытать меня?
Отвращение мелькнуло на его лице.
— Может, ты не поняла, решив благородно страдать, но тебе лучше рассказать все мне, чем Челубею. Он был унижен в Москве. Вся армия знает. Он будет тебя пытать. И если он разойдется, то может отыметь тебя перед твоим братом, чтобы передать долю своего унижения.
— Это мой выбор? Быть изнасилованной публично или тут?
Он фыркнул.
— К счастью для тебя, я предпочитаю женщин, что ведут себя как женщины. Говори, что я хочу знать, и я защищу тебя от Челубея.
Они смотрели в глаза друг другу. Вася глубоко вдохнула и попробовала:
— У меня послание от Великого князя Московского.
Он ожесточился.
— Да? Странный выбор гонца.
Она пожала плечами.
— Но я же тут?
Олег отложил меч и камень.
— Это так. Но ты можешь врать. У тебя есть символ? Ты его съела? На тебе его точно нет.
Она не знала, сможет ли сделать это. Но она управляла голосом, когда сказала:
— У меня есть знак.
— Хорошо. Покажи.
— Покажу, — сказала она. — Если скажете, почему Челубей сказал, что Дмитрий Иванович придумал новый способ избавляться от родни.
Олег пожал плечами.
— Тут в плену князь Серпухова. Дмитрий не спрашивал, где он? — Олег сделал паузу. — А, ты же гонец? Или отряд спасения? В любом случае, маловероятно.